Сделав глубокий вдох, Триста выскочила из своего укрытия и присоединилась к ним. Первый прыжок чуть не стал для нее последним. Она не оценила, насколько предательскими стали покатые крыши под снегом. Белое покрывало заскользило под ее весом, она потеряла равновесие и чуть не упала на камни мостовой. Вовремя ухватившись за каминную трубу, Триста выровнялась и продолжила прыгать, каждый раз приземляясь на четвереньки и впиваясь когтями-шипами в щели между черепицами.

Впереди трамвай резко повернул направо, уходя от реки в сторону. Без малейшего усилия он поднялся вверх по фасаду ближайшего дома, потом покатил по крыше, оставляя за собой две темные полосы. Потом снова сменил курс, ускорился и продолжил ехать по крышам, накреняясь параллельно скату. Полузаметная серая масса следовала за ним, словно стая гигантской мошкары.

Триста бросилась в погоню, доверившись своим инстинктам и когтям. Ее волосы развевались при каждом прыжке, и ветер холодил стиснутые зубы. Сердце билось чересчур сильно, но для нее это ровным счетом ничего не значило, словно забытые вещи постукивали в старом ящике.

Она едва замечала других участников этих безумных скачек, хотя они окружали ее со всех сторон. Шум их крыльев бился в ее ушах. Ее ноги касались уродливых следов на крышах. Время от времени она встречалась взглядом с глазами цвета лишайника или ловила оскал зубов, обнажившихся в дружеской усмешке. Она почувствовала вкус снежинок и осознала, что ее рот открыт, что она улыбается.

Внезапно все показалось игрой. Трамвай несся извилистым путем, и она мчалась следом за ним, увеличивая скорость. Она была котенком, прыгавшим за веревкой. Она собрала всю энергию и рванулась вперед с удвоенной силой.

Триста вскочила на подножку в конце заднего вагона. Она хорошо рассчитала прыжок и знала, что приземлится где надо. Ее колени рефлекторно согнулись, готовясь смягчить удар, и она вытянула руку, собираясь схватиться за ручку. Но в этот миг все изменилось прямо у нее на глазах.

Грохот двигателя превратился в стук копыт и скрип колес. Вместо металлической подножки Триста наткнулась на что-то, показавшееся скользкой деревянной стеной, ударилась челюстью и задохнулась. Она попыталась уцепиться за что-нибудь, оставляя царапины на окрашенном в черный цвет дереве, но не удержалась и упала, ударилась о покатую черепичную крышу, покатилась по снегу и перевалилась через край. Чудом в последнюю минуту ухватившись за водосточную трубу, Триста не упала на дорогу.

Несколько секунд с пересохшим ртом она висела в таком положении. Вокруг себя девочка обнаружила выпавшие из нее кусочки: сухие листья, скомканные страницы дневника, пряди волос… у нее не было времени подбирать их. Цепляясь когтями за кирпичную кладку, она забралась обратно на крышу.