— Послушайте, пожалуйста! — Она снова стала несчастным маленьким чудовищем, и ее глаза затянуло паутиной. — Я на вашей стороне! Я тоже пытаюсь спасти Трисс! Если вы только послушаете меня, мы вместе сможем победить Архитектора!

Мистер Грейс внимательно смотрел на нее секунду, слегка приподняв брови. Он задыхался после погони, пальцы посинели от холода. Волосы были покрыты снегом, и ручейки воды стекали по лицу, словно слезы.

— Вы, нечисть, скажете что угодно, лишь бы спасти свои уродливые жизни, да? — тихо пробормотал он. Его глаза были мрачными, как ночь.

Смерть жены и потеря ребенка. Бездонная расщелина горя, разделяющая их. С отчаянием Триста поняла, что, несмотря на все способности подменыша, это единственная пропасть, которую она не в состоянии перескочить.

— Архитектор! — закричал портной во всю мощь легких. — У меня твоя…

«Дочь? Приспешница?» Триста не стала ждать окончания предложения. С силой, утроенной из-за паники, она дернулась вбок, порвав воротник и оставив на ножницах клочок ткани. Не успел портной отреагировать, как она запрыгнула на гладкую крышу трамвая и на четвереньках поползла прочь.

Кто-то под ней распахнул дверь — то ли сам портной, то ли кто-то изнутри. Она понятия не имела, что происходит внизу. Знала одно — это происходит не с ней.

Воздух стал пахнуть влагой. Глянув вбок, Триста с ужасом осознала, что трамвай мчит по реке, по своему собственному расплывающемуся, удивленному отражению. Стая чаек разделилась надвое перед несущейся махиной и в панике умчалась, одна из птиц задела крылом щеку Тристы. Подталкиваемая ветром, Триста скользнула вперед по крыше и спустилась по носовой части трамвая, цепляясь за выступы корпуса и детали отделки. Мягко приземлилась рядом с пустой кабиной водителя, всмотрелась сквозь стекло в нижний салон.

Этот салон был роскошнее других: сиденья обтянуты чем-то вроде зеленого бархата, окна в рамах из золотисто-коричневого дерева, лампы в маленьких зеленых абажурах. Внутри она увидела троих людей. В дальнем конце стоял мистер Грейс, дверь за его спиной была распахнута. Он все еще был одет во влажное пальто из перьев, хотя оно яростно дергалось, словно пытаясь соскочить. Волосы прилипли к лицу, на котором была написана ледяная решимость. В руках он держал огромные черные железные ножницы.

В нескольких ярдах от портного стоял его противник. Даже со своего места Триста узнала гладкие медовые волосы, идеально скроенное пальто, широкие штаны и почувствовала ослепительную, солнечную ауру в сочетании с небрежным щегольством. Это был Архитектор.