В углу комнаты, где стоял Лин, часть стены сдвинулась под сопровождение механических звуков, и помещение наполнилось свежим воздухом. Тот сразу забился Эрику в нос, и парень почувствовал столь знакомый и родной запах; осознал, что за этой самой дверью находится его родной мир — Земля.

Он молча подошёл к Лину, остановившись у порога, за которым находился перрон, а на его фоне красовалась пустующая железнодорожная станция, залитая светом фонарей.

Эрик не осмелился ничего сказать. Лишь молча, с тоской в глазах, смотрел куда-то вдаль.

— Мы ведь ещё увидимся? — тихо спросил он, не в силах свыкнуться с мыслью, что сейчас выйдет из поезда.

Рядом послышались почти бесшумные шаги. К руке парня прикоснулась Готинейра.

— Увидимся, — с лёгкой улыбкой сказала она, встав на носочки, и едва коснулась его губ, словно боясь дотрагиваться их, будто страшась, что Эрик рассыплется подобно иллюзии.

Он ответил на поцелуй, точно последний раз соприкасаясь с чем-то божественным и хрупким. Ответил на поцелуй лишь на секунду, которой хватило, чтобы перед его закрытыми глазами пронеслась вся жизнь.

Ему хотелось столько всего рассказать, но он понимал, что его слова ничего не решат, и ему действительно пора идти. Поэтому он ступил через порог, оказавшись на перроне.

— Эрик, — едва слышно произнесла Готинейра, но этого хватило, чтобы парень резко, словно услышав единственный во Вселенной звук, обернулся к ней. — Помнишь ту одежду, в которой ты попал ко мне? — она достала из-за спины крупный свёрток, бросив его Эрику. — Не такая уж она и мерзкая, — и мило улыбнулась.

— А ты не такая уж и сумасшедшая, как мне показалось изначально, — ответил он, поймав свёрток, и улыбнулся в ответ.

Из-под колёс громоздкого поезда-крепости зашипел, выходя густыми клубами, пар, а затем послышались громкие ноты массивного органа. Поезд крайне медленно начал набирать ход, метр за метром отдаляясь от Эрика, стоявшего не в силах двинуться с места, а лишь взглядом провожая уходящий поезд.

— Время всё покажет вам, майн друг! Время даст вам знать заветный звук! — крикнул высунувшийся из проёма закрывающейся двери Лин, бросив парню какой-то блестящий предмет.

Эрик поймал его, и удивился. Это оказались карманные часы самого Лина Крауса, стрелка на который мигом остановилось, стоило поезду начать отдаляться, стремительно набирая ход.

Эпилог

Эпилог

Всюду полумрак, через который с трудом проглядывалось какое-то помещение, состоящее сплошь из тёмного кварца, в зияющих дырах которого виднелись шестерни и пульсирующие сосуды, перекачивающие внутри себя кровь.