– Что с ней?!

Он повернул голову на голос. Юлька стояла на пороге комнаты и, кажется, боялась зайти.

– А я знаю?! Сожрала что-нибудь!

– Я ей ничего другого не давала!

«Гнилолицый, – на этот раз напоминание пришло в мыслях. – Червивый принц».

Слизь потекла у Милашки из ноздрей, из глаз, она словно плакала. Роман сжал кулаки, ощущение бессилия и жалость выбили все мысли. Он чувствовал – кошка не жилец, такое не может продолжаться долго…

Ее вытошнило совсем уж мучительно, глаза Милашки расцвели всполохами лопающихся сосудов. В покинувшей желудок слизи виднелись красные сгустки.

Юлька закричала громко и неразборчиво, а потом закрыла глаза, сползла по дверному косяку. Роман бросился к ящику комода, где хранились лекарства. Достал нашатырь, отщипнул кусочек ваты. Смочил нашатырем, сунул ее Юльке под нос.

Она вдохнула – раз, другой. Потом дернула головой, повернула ее, спасаясь от запаха. Роман поспешно убрал ватку, легонько похлопал Юльку по щеке.

– Ты как?

Дрожащий шепот сдавил сердце:

– Что с Миласей?

Роман посмотрел в сторону стола. Кошка лежала неподвижно.

– Умерла, похоже…

Юлька заплакала – в голос, с подвываниями, ее лицо превратилось в некрасивую маску. Роман начал утешать жену, растерянно поглядывая на кошачий труп. Мусор и разрубленную ворону можно было списать на совпадение, на чью-то неряшливость и склонность к садизму, но смерть кошки выглядела первой страшной ступенькой к тому, о чем предупреждал калека.

«Это что, меня запугивают? Я-то здесь при чем? С бомжами не цеплялся никогда, грешить – не грешу особо… Страдать тоже не обязан, у каждого – своя жизнь! Бред, ну бред же…»

Мысли скакали от тоскливой растерянности до бешенства. Мелькнула надежда, что он спит, но ее безжалостно перечеркнул плач Юльки и никуда не девшийся запах слизи.

– Ну почему таааак… – провыла Юлька. – Она же еще маленькаяяяя…

– Мне бомж сказал, что страдать будут те, кто со мной рядом, – угрюмо проговорил Роман, и Юлька замолчала. – Хотел, чтобы я с ним пошел куда-то. Задвигал что-то про перерождение, про день рождения, про каких-то червивых принцев… Я теперь не знаю, что и думать.

Юлька всхлипнула, вытерла глаза кончиками пальцев и покачала головой: