Приведя Джанапутру в чувства, Пурусинх заставил его прыгать и приседать, чтобы согрелись ноги. И только теперь, немного осмотревшись, Джанапутра поразился тому, насколько высокой была Сахасра-шира. Где-то далеко внизу, под сверхобычной вершиной, кольцами кружили снежные тучи. Из этих титанических туч вырастали другие великие вершины Панча-Гири, а в разрывах джиразолевых облаков, за Северными горами, простирался покрытый льдами океан Безмолвия. Ему казалось, что если сделать всего один шаг вперед, то с этой вершины можно было сразу перешагнуть через весь океан! Настолько величественной и возвышенной была духовная вершина подлунного мира.

Однако там, на льдах Безмолвного океана, что-то происходило — запутанные черные ручейки стекались к белоснежным горам, оставляя за собой темные разводы и полосы. Джанапутра вспомнил слова крылатого барса о воинах Сатананты — и ужаснулся их числу. Их было такое бессчетное множество, что ни одно царство под светом чатур-чандрах не смогло бы собрать такую орду. На брань под стягами Сатананты стекались цари и могучие воины со всех земель.

— Кто же сокрушит воинов тьмы? — спросил царь Джанапутра, глядя на черные орды Сатананты. — Они сметут всех воинов Нагарасинха в первой же битве и даже не заметят этого! Пурусинх, тут нужно не благословление Сахасра-ширы, а сошествие Посланника Самого Бхагавана! Взгляни же, как растекаются они, подобно спруту, по ущельям, как выжидают, притаившись в западне, как сливаются они с толпами джива-саттв, приобщая их к своим темным ордам!

— Ты знаешь, Джанапутра, в мире людей тоже ожидают Посланника, последнюю аватару Всевышнего, Майтрею, Машиаха, ждут второго пришествия Христа, — пригладив бороду, сказал старец. — А тем временем там происходит то же самое, и толпы джива-саттв приобщаются к воинству Сатананты, полагая как раз то, что они становятся воинами Всевышнего. Если бы ты обладал сиддхическим зрением и присмотрелся бы к этому темному воинству, ты бы заметил, что многие из тех орд вступают в битвы между собой, но всех их ведет один и тот же наместник Сатананты. Поэтому, как бы ни враждовали они меж собой, все орды движутся в одну и ту же сторону, и с высоты сверхобычной вершины это прекрасно видно.

— Что же ты предлагаешь? Собрать всех, кто способен держать меч, и дать отпор в решающей битве?

— Без благословления Сахасра-ширы все непременно закончилось бы именно этим, — рассуждал Пурусинх. — Но в сиддхической битве происходит нечто другое. В этой войне темные силы всегда добиваются самоуничтожения джива-саттв всеми доступными средствами. Они управляют разумом существ через лжеучения, через подмену божественных имен, через создание иллюзий и ложных образов рупа-дхарни, изменяющих память, стирающих и без того тонкую грань между добром и злом. Но всякая тьма в сознании должна быть побеждена осознанием. Великая битва должна произойти в сознании каждого!