— Нам столетиями внушают мысль, что знания в древности распространялись только с юга на север, — развел Евгений руками. — Для европейского человека мировая история начинается с Древнего Египта и Вавилона, это даже не обсуждается. Что касается многочисленных языковых групп, обитавших в доисторические времена от Урала до Эльбы, то с точки зрения западной историографии у них не было никакой, собственно говоря, культуры.
— А профессор Шанти думает иначе, — возразила Ану Гаур. — Даже происхождение слова «
На этом месте Ану Гаур прервала рассказ, заметив, что Евгений остановился, чтобы сделать пару снимков возле исполинской фигуры медитирующего во сне Нараяны. Пока Евгений фотографировал, ей вспомнился один забавный случай в университете:
— Однажды профессор Шанти вошел в аудиторию и спросил: «
Ану Гаур повернулась к Женьке, как бы адресуя этот наводящий вопрос ему.
— То есть профессор Шанти считает, что сакральным животным Индры до миграции индоариев был мамонт? — отозвался он.
— Не совсем, — Ану Гаур сомкнула пальцы в привычном магическом жесте. — Дело в том, что в зооморфичной культуре IV–V тысячелетий до нашей эры, от которой берет начало Ригведа, огромным мамонтом могли представлять самого Индру. В наиболее архаичном мифе об устройстве вселенной Индра назван тем, кто растянул небо на подпорках. Именно так, из бивней-подпорок и шкур мамонта охотники возводили жилища. Молнии или ваджры ассоциировались с бивнями небесного Индры, потому что когда-то из бивней делали наконечники метательных орудий. Позднее их, разумеется, вытеснили бронзовые копья. Между прочим, на той лекции профессор Шанти прочитал отрывок из древнерусской «Голубиной книги», где мамонтов так и называли «
— Конечно, знакома: «