У Булата была своя харизма, свой герб, отображающий бешеного кабана, чем-то смахивающего на него самого в гневе. Был у него и свой контингент женщин. Третий генерал нравился трем категориям девушек: тупым, очень тупым, а также тем барышням, что не любили лишний раз морочить себе голову. Лопата — так запросто и по существу окрестили Булата его коллеги. Простой и незаменимый для тяжелой пыльной работы. В свое время Булат переметнулся в ряды мятежников, бросив свою подругу по паре в рядах ангелов Варахиила, и теперь был одной из ключевых фигур при Князе.

— Что-то у меня сегодня лирическое настроение, — проговорил Самуил, глядя на уходящие вдаль боулинговые дорожки.

— Уж не девочки ли на тебя его нагоняют? — послышался из-за соседнего стола голос Ираклия.

Князь встретился взглядом с упоенными глазами пятого генерала и успел заметить, как смотрят на него его притихшие подружки.

— Нет, хотя одна девочка на меня сегодня навесила лирики, — сказал Самуил. — Так постаралась, что мне тоже захотелось навесить ей чем-нибудь тяжелым по светлой головке.

— Ты про прекрасную Диану, что ли?.. — сдвинул брови Ираклий. — Она опять на тропе войны?

— Она всегда на тропе войны, — раздались откуда-то сзади размеренные рассуждения. — Вот неймется женщине, а еще Княгиня ада…

Ираклий повернул голову и устремил режущие, как алмазная грань, черные зрачки на стоящие позади диванчики.

Развалившись на подушках, там возлежал генерал четвертой адской армии Дементий, специалист по лени. Полностью оправдывая свой жизненный конек, он не играл под предлогом того, что семерых игроков: Князя и его генералов, — на две команды поделить нельзя. Однако все знали, что будь игроков не семь, а например, десять, это бы ничего не поменяло. Экс-ангелу молитвы претило делать лишние телодвижения. Он был из тех мужчин, которые всегда всем оставались довольны, лишь бы лишний раз не напрягаться. Его устраивал и почти пустой стакан, и единственная блондинка рядом, которая забралась на диван с ногами и мяла ему плечи, и собственная внешность, позволявшая без труда сыскать желающих с ним познакомиться, не задевала и кличка — Откусанный, в честь откусанного червивого яблока картинкой на его рубашке. Что в нем привлекало — это то, что очень стараться в его присутствии было не нужно. В женской половине ада даже бытовала сальная шуточка: не можешь уснуть — иди к Ираклию, хочешь выспаться — шагай в четвертую армию.

— Сделай песню погромче, она мне нравится, — попросил Дементий в ответ на взгляд Ираклия.

— Ты — дебил, — хмыкнул пятый генерал и отвернулся. Дементий даже не обиделся.