Елена увидела, что рядом с бантом и вправду висит на ниточке разноцветная бумажка. Ее пальцы чуть быстрее чем нужно, дабы не было заметно волнительности в движении, коснулись корзинки и сняли исписанную открыточку. Рафаил уследил, как дрогнули ее светлые ресницы. Его глаза наблюдали за Еленой оберегающе и просто, как ежедневно касались лучами восхода белых лепестков платьев.

— Это мне?.. От тебя?..

— Я не знал, как лучше сказать тебе, что я счастлив твоему появлению. И я решил, что ничто лучше не выразит мои чувства к тебе. Спасибо, что ты провела эти дни с нами.

— Ко мне… — пальцы Елены сжали записку. Ее глаза устремились в сторону, более не пряча ее неуверенности. Какие-то слова хотели слететь с губ, но она не нашла, что сказать. На щеках девушки блеснули слезы, срываясь тем, что было только что сказано и что накипело за все эти мучившие недосказанностью дни. Внезапно таким своим прикосновением, словно пахнущим ладаном, она ощутила, что Рафаил вытирает ее слезы белым платочком. Что-то растаяло между ней и им, и вот она уже стояла рядом, чувствуя, как его руки бережно держат ее за плечи. Она беззвучно плакала, не глядя в его глаза.

— Все хорошо… — успокаивал ее архангел. — Все хорошо теперь… Это я виноват, что так получилось… Я должен был прийти раньше…

— Ты был занят… на Земле… — проронила Елена, тихо задыхаясь. — Я не знаю… Как это… Что со мной случилось…

— Прекрасно, что случилось. И нет ничего страшного в том, что тебе сейчас трудно об этом говорить, — ответил Рафаил. — На небе мы не привыкли скрывать то, что чувствуем. Мы, ангелы, говорим об этом друг другу, глядя в глаза. И пусть голос иногда дрожит. Разве это может нам помешать?

Глаза Лены поднялись, встречаясь взглядом. Рафаил улыбался. И она улыбнулась тоже.

— Я люблю тебя, Рафаил, — призналась она. — Я когда… увидела тебя, скоро поняла это… Мне казалось до этого… что я знаю свое призвание. Но потом все изменилось… И я уже не знаю ничего…

— А я думал, что знаешь, — глаза Рафаила улыбнулись. — Я сразу увидел, что ты наша душа, Лена. Я люблю тебя. И я буду счастлив заботиться о тебе как о своем ангеле. Если ты будешь согласна…

— Я согласна… — опустила реснички Елена.

— Я счастлив, — повторил Ральф. Его ладони остановились, прижимая ее плечи. Он наклонился к девушке, целуя ее в щеку.

Щеки Елены разыгрались румянцем.

— Я только… Еще не сказала… — произнесла она, помедлив. — Михаилу… Я ведь говорила ему, что так хочу быть легионером… И вот… теперь это совсем не так…

— Не волнуйся, он не будет возражать, — успокоил Ральф, окутывая Елену сероватой голубизной глаз. — Такое случалось и раньше. Иногда, чтобы понять свое призвание, нужны годы. Но порой достаточно пары секунд, чтобы все изменить, как тебе.