Алан прошел через возвышение и остановился рядом с Князем, который напряженно вглядывался в дальний пейзаж скалы, где нашли цветок. По фарсу судьбы эта возвышенность находилась всего в десятках метров, а вершина ее была аккурат напротив его штаба, на одном уровне с раскинутым шатром. Все это время цветок, будто не страшась, исподтишка глядел на Князя, прячась всего лишь за одним маленьким каменным выступом, прилегая к земле нежной зеленью своего тела. Самуилу казалось, что он видит крохотное пятнышко листика. И как можно было принять этот паразит за травинку?..

Алан окинул холодным выдохом взгляда то, что творилось внизу, на поле стратегии. А происходило там теперь нечто невообразимое. Генералы, прослышав о том, что цветок замечен, пришли просто в неописуемое движение и поотдавали срочные приказы своим воинам во что бы то ни стало заполучить его первыми.

Ираклий, пыша гневом на ненавистную хладнокровную крысу и позабыв про обязанности удовольствия, тут же кинулся к своим и во всю командовал, поднимая ор, как после роспуска митинга. До него внезапно дошло, что кайф попить коктейльчики лишил его другой радости: с Дианой вышел облом. Только теперь с глаз будто спала пелена и стало ясно, что намеки на прошлые заслуги были ничем иным как простым заигрыванием с котятами: Князь отдаст жену именно тому, кто отличится в решающей битве. Как красиво вились макароны на чужих ушах, и только Варфоломей и Алан точно знали, почем сегодня продается сердечный цветок и победа над архангелом.

Варфоломеевские войска, работая как машины, несмотря ни на какие удачи и неудачи, пробивались сквозь камни, тараня все на своем пути. Булатовские ряды, казалось, сейчас перебьют всех а заодно и друг друга по дороге к заветной скале. В этой давке и безмаршрутной толчее только одни Дементьевские воины плюнули на все, поняв, что все равно ничего им не видать, и плелись где-то разрозненными группами, придавая законченный вид движению.

К нетерпению демонов, скала, казавшаяся такой близкой и доступной, на деле открылась защищенной множеством расщелин, колдобин, внезапных обрывов и поворотов, будто бы сам Бог внезапно решил показать, что тоже умеет играть в появляющиеся камни. Но элитники в тот момент забыли не только о Боге, но и о черте, безумно, уже сами не контролируя того, стремясь к вожделенному цветку, все еще ловя надежду урвать свой кусочек пирога.

Больше всех словили фарт воины Казимира. По счастливой случайности в момент объявления о находке они оказались ближе всех к заветной скале и теперь, в несколько десятков минут преодолев немногочисленные в том месте изъяны ландшафта, неслись к самой вершине, борясь друг с другом, спотыкаясь и громко матерясь. При этом воины страха так расхрабрились, что готовы были глотку друг другу перегрызть за право сорвать цветок. Из бесов же Алана, рассеянных поисковыми отрядами по всему полю битвы, не нашлось ни одного, кто был бы близко к цели. Те, что заметили цветок, потеряли уйму времени на то, чтобы спуститься с соседних круч, и потому отстали от парней Каза на ненаверстываемые метры.