Едва дорвались падшие ангелы до Земли, так скалы начали преображаться, меняя очертания и сплетаясь в причудливые лабиринты замысленного адским штабом поля битвы. Странное зрелище. Вырастали из созданных Богом гор закоулки человеческого сердца, символические, неглубокие землей, готовые иметь образ и подобие, чтобы отдать его навсегда в руки дьявола.

Спустя полчаса после выхода на Землю последнего воина, среди ландшафта нарисовал себя и сам Князь со своей супругой. Его также сопровождали близкие из воинов Варфа, Алана и Булата, а также стражник, оставленный сегодня Леонардом заместителем для сокровенных поручений души Самуила.

Князь был облачен во все боевое: кольчуга золотом сияла на груди и мощных плечах, на поясе — кроваво-черный меч адского Владыки, черные штаны, до колен заправленные в высокие архангельские сапоги, а волосы, чтобы не мешали, были убраны в тугой хвост. Ничего лишнего в фигуре, готовой к походу, лишь бриллиантовая серьга в ухе и обручальное кольцо отбрасывает мерцание на пальце.

Самуил сделал несколько шагов и остановился, держа осанку. Видно, его совершенно не тяготила грузная амуниция, сила так и исходила от этого исполинского тела, завораживающая, предназначенная на силу удара. Он окинул критическим взглядом образующийся полигон и снующих туда и сюда демонов, на лице отразилось снисходившее до уровня простых бессмертных удовлетворение. Размашистой походкой Князь отправился на возвышение, преодолевая природные под ногами разбитые камни и разверстые расщелины, туда, где для него был уже готов шатер — штаб. За ним, не ожидая призывного движения или взгляда, последовала его супруга Диана, сторонясь позади. Она была одета в древесную парчовую юбку до пят с золотой окантовкой и зеленую блузку, застегнутую с намерением на все пуговицы. Как всегда подведенные глаза были прищурены, а губы выдавали складочки в цвете помады.

Самуил бодро перешагивал своими двухметровыми шагами попадающиеся под ноги преграды. Диана на тоненьких шпильках еле поспевала за ним, рискуя каждую секунду переломать их, или того хуже — ноги. Муж даже ни разу не обернулся и не подал ей руку.

Через десять минут скалистого подъема Князь ступил в разбитый его слугами шатер. В нем наличествовало все, что могло ему понадобиться. Два столика: один поменьше, заставленный бутылками с хорошим спиртным, другой продолговатый, заваленный бумагами и писчими принадлежностями, раскладной диванчик с подушками, несколько стульев, яркие цвета завес для поднятия настроения. На краю стола, что был ближе к дивану и начинен выпивкой, валялась непочатая пачка сигарет.