Он проснулся от невыносимой духоты жаркой июльской ночи, обливаясь потом. Воздух был спёртый и удушливый, несмотря на раскрытую настежь дверь балкона. Темнота, заполнившая комнату, была какой-то особенно чёрной и непроглядной, будто всё пространство вокруг залили густыми чернилами.

– Летние ночи не бывают такими, – подумал Егор, – И что с фонарём у подъезда? Неужели неисправен?

Он повернулся на другой бок и попытался заснуть, но тут услышал странный звук. Словно кто-то тихо отворял дверцу шкафа.

Егор приоткрыл глаза и уставился в темноту, но сколько он не таращил глаза, ничего не было видно. Звук тем временем усилился, теперь это уже был явный скрип. С таким скрипом точно открывалась дверца его старого шкафа, который остался от бывших хозяев. Звук смолк. Внезапно Егор услышал чьи-то лёгкие шаги, скорее даже не услышал, а почувствовал нутром, как зверь чует присутствие охотника рядом, ещё не видя его. Движение воздуха остановилось у изголовья его кровати и замерло. Тошнотворный сладковатый запах смешанный с тем, какой бывает в старых сундуках – смесь нафталина и древнего тряпья, ударил Егору в нос. К горлу подкатил комок. Егор боялся даже дышать. Кто-то незримо стоял рядом. Просто стоял. Но оттого, что его не было видно, ужас становился просто невыносимым. Сердце парня готово было выпрыгнуть из груди. Внезапно некто склонился над его лицом и Егор услышал шёпот:

– Ты-ы-ы….

Дальше Егор не смог разобрать, так как шёпот стал похож на звук сыплющегося песка. Нервы не выдержали, и заорав во всю глотку, Егор подскочил и бросился к выключателю. С размаху ударив по нему ладонью, и надеясь только, что он правильно рассчитал место его нахождения, Егор глубоко вдохнул и зажмурился от яркого света, заполнившего комнату. В комнате было пусто. Никого. Только приоткрытая дверца шкафа говорила о том, что ему не почудилось. Егор наскоро натянул шорты и футболку и, взяв ключи, вышел из квартиры.

До самого рассвета, которые летом к счастью ранние, он просидел у подъезда на скамейке, не решаясь вернуться в квартиру.

– Сегодня же отнесу этот альбом в лавку, – решил он, – Иначе так и с ума сойти недолго.

Когда рассвело, Егор поднялся к себе, опасливо вошёл в квартиру и огляделся. Всё было тихо и спокойно. Он прошёл в комнату и скинул с себя одежду, намереваясь принять душ и переодеться. Взгляд его упал на стол. Там, поверх оставленных с вечера баночек из-под напитков, и коробки от пиццы, фантиков от конфет, и упаковки от наггетсов, лежал альбом, раскрытый на фотографии с женщиной, сидевшей в кресле, рядом с которым стоял муж. Егор осторожно подошёл ближе – глаза женщины были открыты и взгляд её словно смотрел сквозь грань бумаги прямо на него.