Вопрос был риторическим, ответа не требовал. Но я на него все равно ответил:

— Ты же знаешь, от меня это не зависит. Я это не контролирую.

— Не контролирует он. — Сказано это было не зло, скорее устало. — А должен! Ты ж нас всех под монастырь подведешь! Хорошо, что Лиза обычная сельская фельдшерица. Счастье, что у нее нет таких связей, как у Анжелы. Даст Бог, обойдется. Мало тебе объяснили в первый раз? Еще хочешь?

Он в сердцах сплюнул и уселся на другом торце стола. Я машинально ощупал бок. Объясняться с амбалами Льва Петровича второй раз совсем не хотелось. Не понравилось мне их объяснение. Хоть сейчас и расклад был немного другой. Остерегутся они вот так безнаказанно меня избивать. Не рискнут. Или рискнут? Я украдкой бросил взгляд на Славку. Тот сидел неподвижно и смотрел на пейджер. Взгляд мой он сразу уловил.

— Ты понимаешь, — спросил он безжизненным голосом, — что я должен им об этом сообщить?

Я ответил почти шепотом:

— Понимаю.

— Ты понимаешь, — Лис обхватил руками голову, поднял на меня глаза, — что я не смогу этого сделать?

Я кивнул. Я бы тоже не смог.

— Ты понимаешь, — он почти прокричал, — что будет со мной, если Лев об этом узнает?

Я судорожно сглотнул. Мысль об этом раньше не приходила в мою голову. Рука сама оттянула ворот футболки, спустилась к сердцу, да там и осталась.

— Сообщай. — Велел я. — Не надо молчать. Мне они ничего особо не станут делать, зато тебя не тронут.

— Дурак ты, — сказал он с тоской, — я же себя потом не прощу.

Черт! Я бы тоже себя не простил.

— Что делать будем?

— Не знаю, — Славка покачал головой, задумался, нахмурил брови, принял решение, — ничего. Вдруг, обойдется? Вдруг, на этот раз ты увидел туфту? А?

Нет, Слава, не обойдется. Это я знал наверняка. Александра Меня убьют. А убийцу его не найдут ни сейчас, ни потом, через тридцать лет. И я помочь в этом не смогу, потому как лица не видел. Мне стало немного обидно. Была бы хоть какая польза от этого моего прозрения. А так, сплошная головная боль. Да Лиса еще подставил.

— Что скажешь? — Славка все еще ждал ответа.

Я ответил честно:

— Не обойдется.