– Закрой свой рот, – рявкнула Нэнси, привлекая внимание толпы.
Закрой свой рот,
рявкнула Нэнси, привлекая внимание толпы.
– Это мой чай, корова! Верни мне мой чай! – заверещал Себастьян, пытаясь вцепиться в ее волосы.
Это мой чай, корова! Верни мне мой чай!
заверещал Себастьян, пытаясь вцепиться в ее волосы.
И только я знала, почему он так отчаянно пытается отобрать свой чай. Нет, жадность здесь была ни при чем, Нэнс. Себастьян для себя принял ровно такое же решение, как и Лея. И, отчасти, я могла его принять и понять, как бы глупо это не выглядело. Он жаждал внимания. Хотел, чтобы ребята, наконец, заметили его, пускай и таким смертельным решением.
И только я знала, почему он так отчаянно пытается отобрать свой чай. Нет, жадность здесь была ни при чем, Нэнс. Себастьян для себя принял ровно такое же решение, как и Лея. И, отчасти, я могла его принять и понять, как бы глупо это не выглядело. Он жаждал внимания. Хотел, чтобы ребята, наконец, заметили его, пускай и таким смертельным решением.
Себастьян продолжал оскорблять Нэнси. Может, он надеялся, что та выльет чай ему на голову? Возможно. Но Нэнси так не поступила. Разгоряченная и раскрасневшаяся, она выбралась из толпы. Захватив с прилавка тарелки с обедом, Нэнси сложила все на поднос и вернулась к Лее.
Себастьян продолжал оскорблять Нэнси. Может, он надеялся, что та выльет чай ему на голову? Возможно. Но Нэнси так не поступила. Разгоряченная и раскрасневшаяся, она выбралась из толпы. Захватив с прилавка тарелки с обедом, Нэнси сложила все на поднос и вернулась к Лее.
Я не успела сделать предположения: Лея схватила чашку и залпом выпила.
Я не успела сделать предположения: Лея схватила чашку и залпом выпила.
Все расплылось, а после погрузилось во тьму.
Все расплылось, а после погрузилось во тьму.
– Ты хочешь увидеть саму смерть? – от неожиданности я подпрыгнула на месте.
Ты хочешь увидеть саму смерть?
от неожиданности я подпрыгнула на месте.
– Нет. Я умерла дома?
Нет. Я умерла дома?
– На уроке, – безразлично ответил голос. – Яд подействовал быстро.