— Там же валялось и это, — продолжал сержант, протянув солнечную дразнилку.

Мистер Триггс осмотрел крохотный аппарат и в раздумье покачал головой.

— Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, каким целям служит эта вещица, — назидательно произнес он. — Грегори Кобвел забавлялся, посылая солнечные зайчики в глаза прохожим. Черт подери… Бедняга добрался даже до меня вчера во второй половине дня.

— Несчастное взрослое дитя! — громко молвил мистер Чедберн.

— И все же у него не все были дома, — с горечью сказала миссис Чиснатт. — Только подумайте, выбрать себе грошовую куклу вместо настоящего божьего создания, праведной жизни и незапятнанной репутации.

— Вскрытие покажет, — решительно подвел итог дискуссии доктор Купер.

В заключении говорилось о естественной смерти, наступившей от эмболии, и ни слова о смертельном страхе.

Двенадцать честных и лояльных граждан, члены жюри, собрались в красивейшей зале ратуши и вынесли вердикт, а потом угощались за счет муниципалитета портвейном и печеньем.

Дело Грегори Кобвела было закрыто.

В тот же вечер Сигма Триггс и Эбенезер Дув с удобством расположились в уютных креслах перед громадными бокалами с холодным пуншем и раскурили трубки.

— Теперь мой черед рассказывать истории, — начал Сигма Триггс. И в мельчайших деталях пересказал трагические события, благодаря которым несколько часов исполнял обязанности почетного констебля.

— Подумайте только, этот толстый разиня Лэммл слышал его крик «Галантин!» Смешно. Почему студень, а не окорок или сосиска?

Мистер Дув извлек изо рта трубку и начертал ею в воздухе некие каббалистические знаки.

— Кобвел учился на архитектора, мечтал об известности и обладал обширными познаниями в мифологии.

— И какова же роль этой мифологии — боже, до чего трудное слово — во всей случившейся истории? — осведомился Сигма Триггс.

— Он крикнул не Галантин, а Галатея, — заявил мистер Дув.

— Галатея? Не знаю такой…

— Так звали статую, в которую боги вдохнули жизнь.

— Статуя, которая ожила… — медленно пробормотал мистер Триггс. Он больше не смеялся.

— Итак, мой дорогой Триггс, историю придется рассказывать мне, — спокойно сказал старый каллиграф. Отпил добрый глоток пунша и щелчком сбил пепел с трубки. — Во времена античных богов жил на острове Кипр молодой талантливый скульптор по имени Пигмалион…