— Никого я спрашивать не буду. Просто замечаю, что вы с Павлом дружите. Он один у меня, я у него один…

— Что вас еще волнует? Не шпионка ли я? — дерзко опросила Лидия, глядя прямо в глаза Тишкову.

— Зачем ты так шутишь… — Никита Степанович решил, что зашел слишком далеко. Надо было как-то успокоить Лидию. — Так вот, наблюдаю я за вами с Павлом… Что-то вроде симпатии есть между вами… Пройдет время, вдруг родственниками станем, а я о тебе ничего не знаю…

— Ошибаетесь… Павел меня больше не интересует… Да и я его…

Наглость, с которой говорила Лидия, сбила Никиту Степановича с толку.

— Хватит этих разговоров, надо идти в Верино, — продолжала Лидия. — Лекарства на исходе… И соли я достану…

— Пойдешь…

— Когда?

— Да хоть сейчас…

Теперь Лидия насторожилась. Тоже сбитая с толку, она проговорила:

— Я пойду…

— Желаю успеха…

* * *

Как и договорились, вслед за Лидией пошла Лена Копытова, одетая в старенькое и рваное.

Лена знала, что тетя Лида врач, лечит больных детей, ее подруг, друзей. Задание несколько ошеломило девочку. Но, как опытная разведчица, она не стала ни о чем расспрашивать. Значит, так надо.

За Лидией надо было наблюдать так, чтобы она ничего не подозревала.

Лене было сказано, что если Лидия ее случайно заметит, она не должна прятаться; наоборот, должна подойти к ней радостно и попросить отвести ее в детдом, так как одна она боится.

Лидия торопилась и не оборачивалась.

Так и пришли они в Верино.

Здесь Лене Копытовой удалось заметить, как патруль проверял у Лидии документы. Отходя, солдаты вскинули руки, как делают они это для нацистского приветствия.