Все, кто претендовали на некую причастность к аристократии, болезненно страдали от отсутствия графской четы. Даже музыканты не желали играть очередной танец из опасения, что его прервет появление знатных особ. Мисс Фиби Браунинг защищала их, а мисс Кларинда со спокойным достоинством обвиняла, зато мясники, пекари и другие лавочники радовались свободе и веселились от души.

Внезапно послышался шум, все засуетились, и зал наполнился громким шепотом. Музыка смолкла, танцующие замерли в странных позах. Наконец-то вошел лорд Камнор в парадном мундире под руку с внушительных габаритов дамой средних лет, одетой совершенно нелепо: в яркое муслиновое платье, с живыми цветами в волосах, но без намека на украшения, а тем более бриллианты. И все же это наверняка герцогиня. Но что за герцогиня без бриллиантов, в платье, больше пригодном для дочери фермера Ходсона! Неужели это герцогиня? Вокруг миссис Гибсон быстро собралась небольшая толпа: все жаждали услышать подтверждение унизительной догадки. Следом за герцогиней шествовала леди Камнор, в черном бархатном платье больше похожая на леди Макбет. Сходство усугублялось мрачным выражением красивого лица, подчеркнутым заметными морщинами. Далее выступала леди Харриет и другие леди, среди которых выделялась одна, одетая в точности как герцогиня, и в отношении платья больше похожая на сестру, чем на дочь. Явился лорд Холлингфорд — с некрасивым лицом, нескладной фигурой и благородными манерами, — а также полдюжины более молодых джентльменов: лорд Альберт Монсон, капитан Джеймс и другие особы их возраста и положения: все они критически осматривали зал. Явно не обращая внимания на вызванную их появлением заминку, долгожданные гости направились к приготовленным для них почетным креслам. Танцующие пары распались, многие вернулись на свои места, А когда музыка возобновилась, в центре зала собралось меньше половины танцоров.

Леди Харриет, в отличие от мисс Пайпер возражавшая против прогулки по залу в одиночестве не больше, чем если бы головы зрителей оказались кочанами капусты, очень быстро заметила Гибсонов и сразу к ним направилась.

— Вот и мы наконец. Как поживаете, дорогие? О, малышка Молли! Чудесно выглядите! Правда, мы постыдно опоздали?

— Но сейчас всего лишь половина первого, — успокоила ее миссис Гибсон. — Должно быть, обед закончился очень поздно.

— Дело не в обеде, а в этой дурно воспитанной даме, которая после обеда поднялась в свою комнату и пропала там вместе с леди Эллис. Мы решили, что их наряды столь великолепны, что требуется время, дабы их надеть. В половине одиннадцатого мама послала к ним служанку сообщить, что экипажи поданы, но герцогиня потребовала бульон и, наконец, появилась в этом жутком детском платьице. Мама страшно на нее сердита, многие раздражены из-за того, что приехали поздно, а кое-кто и вообще считает, что не стоило ехать. Папа единственный, кто ничуть не переживает.