— Ого! Так вот в чем дело, мистер Осборн! Как я и думал, причина нездоровья кроется в голове. На вашем месте не стал бы переживать, хотя знаю, что давать советы легко. Если издателям не понравилась ваша поэзия, попробуйте силы в прозе, но главное, не переживайте из-за убежавшего молока. Все, больше не могу задерживаться. Приезжайте завтра, как я сказал. Уверен, что опыт двух докторов, а также остроумие и причуды трех милых дам непременно пойдут вам на пользу.

Попрощавшись, мистер Гибсон уселся на лошадь и отправился дальше той мерной, спокойной рысью, которую все в округе узнавали как аллюр доктора.

Ему не понравилось, как выглядит мистер Осборн, да и пульс плохой. Но, возможно, он ошибается.

На следующий день Осборн явился значительно раньше ленча, но никто и не подумал выразить недовольство. Чувствовал он себя значительно лучше, а немногие признаки недомогания вскоре бесследно исчезли от теплого, радостного приема. Молли и Синтия принялись наперебой рассказывать обо всем, что произошло за время его отсутствия, причем Синтия то и дело возвращалась к веселым беспечным расспросам о том, куда он ездил и чем занимался, однако подозревавшая правду Молли тут же вмешивалась, чтобы избавить гостя от боли лицемерия и обмана, которую сама испытывала намного острее, чем он.

Миссис Гибсон, как обычно, общалась с гостем бессвязно, сентиментально и льстиво. И все же, хотя Осборн часто мысленно улыбался ее словам, речь доставляла ему удовольствие. Вскоре, заранее обсудив состояние здоровья мистера Хемли, приехали доктор Николс и доктор Гибсон. Время от времени старый опытный врач окидывал пациента острым, пристальным взглядом.

Затем все сели за стол — веселые и голодные, все за исключением хозяйки, старавшейся умерить дневной аппетит и считавшей (впрочем, напрасно), что доктор Николс — отличный экземпляр для демонстрации слабого здоровья, который должным образом посочувствует хозяйке (как должен поступить каждый гость), которая жалуется на недомогание. Однако старый доктор был слишком хитер, чтобы простодушно угодить в эту ловушку. Он упорно предлагал отведать самые сытные и тяжелые блюда, а в конце концов заключил, что если ей не нравится холодная говядина, то стоит попробовать то же самое, но с маринованным луком. Блеск в глазах немедленно выдал бы коварный замысел, однако в это время мистер Гибсон, Молли и Синтия дружно нападали на Осборна из-за высказанного им литературного предпочтения, так что доктор Николс получил хозяйку в свое полное распоряжение. Когда ленч закончился, она с радостью предоставила комнату трем джентльменам, а впоследствии называла доктора Николса не иначе, как «этот медведь».