— Я?! — она вздрогнула от ужаса.

— Ну конечно! Что за шутки? Ты же только что сказала! Или ты передумала?!

— Идем, — Алена встала и надела на плечо холщовую сумку.

Оставив спящего Славика за столом, они вышли из кафе. В мансарде у Левы Алена с робким изумлением оглянулась вокруг себя.

— Удивительно. Никогда такого не видела, — сказала она, трогая старинную бронзу и стекло.

— Не будем отвлекаться. Вот то, что нам нужно, — Лева выдвинул ящик стола и достал спортивный пистолет. — Стреляют из этого так, — он вложил оружие в руку Алены.

Рука у нее сразу вспотела, и Алена облизала пересохшие губы.

— А ты меня не разыгрываешь? — с надеждой спросила она.

— Целься, — потребовал он. — Целиться надо так, чтобы мушка… — последовало длинное разъяснение, после чего Лева придирчиво спросил: — Усвоила?

— Да, — ответила она отважно, чтобы больше не подвергаться этой пытке.

— Брось, ничего ты не усвоила. Объясняю еще раз, — Лева снова вложил пистолет ей в руку. — Сначала снимаешь с предохранителя… где предохранитель, покажи… правильно, затем…

— А у тебя на доме сова, — сказала Алена.

— Какая сова?

— Ну, украшения… Я так испугалась!

— Затем правую руку поднимаем на уровень глаз, — обнимая Алену, Лева поднял ее руку вместе со своею. — Целься… целиться надо…

— А на входной двери у тебя табличка «Адвокат Борисоглебский». Это твой родственник? Ты сам прибил?

— Сам. Это мой прадед. Он был адвокатом.

— А эти вазы из твоей коллекции?

— Да, черт возьми! Ты будешь целиться или нет?!

— Я не могу целиться правой рукой, я левша, — сказала Алена, не делая ни малейшей попытки высвободиться из его объятий.