– Пожалуй. Не хочется жариться в Генуе.

– Все-таки что-то новое, – возразила Гвендолин, из-за мучительной тошноты утратив осторожность.

– Я не хочу ничего нового, к тому же Генуя – невыносимое место. Но мы сможем плавать на лодке: я сам буду управлять, как делал это раньше. Так можно проводить несколько часов в день – вместо того чтобы мучиться в чертовом отеле.

На горизонте забрезжила надежда. Гвендолин представила долгие часы на свободе – Грандкорт не захочет брать ее с собой – и в восторге от неожиданного облегчения предалась безудержным фантазиям о том, как можно воспользоваться внезапно свалившимся на нее счастьем. Побег, который она считала еще бо́льшим злом, чем бесконечное терпение, теперь казался спасением от своих преступных мыслей. В конце концов, эта надежда, похожая на мечту узника о том, что ночной ветер разрушит тюремные стены и спасет от дальнейших мучений, вкралась в сознание и придала Гвендолин оживленный, жизнерадостный вид. Такая перемена настроения не утаилась от внимания мужа.

Следующим утром ее разбудил стук якоря, брошенного в порту Генуи. Гвендолин очнулась ото сна, в котором убегала через горный перевал Мон-Сени, а потом вдруг встретила Деронду, и он велел ей вернуться к мужу.

Примерно через час после пробуждения Гвендолин действительно встретила Деронду – на парадной лестнице отеля «Альберго дель Италия», по которой поднималась под руку с мужем.

Вздрогнув от неожиданности, Деронда слегка поклонился и прошел мимо. К более основательному приветствию момент не располагал, а обстоятельства последней встречи внушали серьезные сомнения относительно намерения Грандкорта продолжить знакомство.

И эти сомнения имели веские основания. Необъяснимое появление Деронды – и где, в Генуе! – заставило Грандкорта задуматься, каким образом жена сумела с ним договориться. Трезвый ум отказывался верить, что Гвендолин не только успела еще в Лондоне предупредить Деронду о морском путешествии, но и отправила тому письмо из Марселя или Барселоны с просьбой приехать в Геную. Для этого миссис Грандкорт должна была обладать даром предвидения, а Деронда – сверхспособностями с легкостью преодолевать большие пространства. Но, как бы там ни было, сейчас Деронда разгуливал по Генуе. И хотя Грандкорт не собирался ставить себя в дурацкое положение догадками, которые другие могли бы назвать абсурдными, в то же время он не находил сил признать, что присутствие Деронды в Генуе – результат случайного совпадения. Факт мерзкий, и этого достаточно. А жена, несомненно, очень довольна. Рассерженному мужчине не нужны доказательства, чтобы раскрыть вселенский заговор с участием всех и каждого. Первым делом он стегает лошадь, а потом пинает собаку. Грандкорт уже не сомневался – причем справедливо – что Гвендолин рассчитывает встретиться с Дерондой при первой же возможности – как только муж выйдет за дверь.