Все еще находясь в состоянии какого-то непонятного транса, пытаясь стряхнуть с себя наваждение, я вдруг вздрогнул при виде странной фигуры, которая вышла на меня из сумрака ворот. То, что это Яна, сомнений не вызывало, но ее походка... Она так бесшумна и паряща... И насквозь мокрое, облепляющее тело легкое летнее платье... Как все это понимать?.. А выражение лица — такое застывшее, неумолимо сосредоточенное, почти страшное той нечеловеческой, всепрощающей кротостью, которая запечатлелась в каждой черточке неподвижной маски.

«Двойник! Призрачный двойник!» — кричит что-то во мне,

Потом я слышу слова, которые роняют ее губы:

   — Свершилось... Свободен... Полагайся только на себя!.. Будь стоек!..

   — Яна! — вскрикиваю я и замираю как громом пораженный, так как это уже не Яна! Передо мной стоит какая-то высокая, величественная дама с короной на голове, ее неземной, словно идущий из глубины веков взгляд проходит сквозь меня, как будто там, далеко позади, в каком-то умозрительном временном эоне, отыскивает он завоеванное совершенство моего истинного Я...

   — Так вот ты какая, королева роз в сокровенном саду адептов!.. — единственное, что смогли прошептать мои губы.

Ни жив ни мертв, словно опутанный по рукам и ногам сотней невидимых уз, стою я пред чудесной дамой голубой крови, и ураганы не поддающихся описанию прозрений, фантастических идей, образов, колоссальных энергий проносятся мимо моего земного сознания — не касаясь его, ибо они не от мира сего, — и трансцендентным сквозняком всасываются в бесплотный универсум духа, порождая там космических масштабов турбуленции, перевороты, катастрофы...

А для моих внешних органов чувств ничего не изменилось, все остается на своих местах: слышу, как вернулись Липотин и сумасшедший садовник, вижу, как старик упал на колени. С просветленным лицом стоит он, коленопреклоненный, рядом со мной и, обливаясь слезами счастья, лепечет, воздев взор свой к величественной даме:

— Слава Богу, госпожа, ты вернулась! К ногам твоим преклоняю я усталую главу и верное сердце. Тебе одной судить, честно ли я служил все эти годы!

Благосклонно кивнула призрачная королева. И в тот же миг старик рухнул навзничь и затих.

Еще раз неземное видение повернулось ко мне, и до меня донесся далекий голос, похожий на эхо запредельного колокола:

— Избран... Обнадежен... Но не испытан!..

И этому потустороннему благовесту словно вторил земной голос моей Яны, еще раз отозвавшийся в моих ушах робким призывом:

— ...полагайся только на себя... Будь стоек!..

И видение сразу поблекло, как будто напуганное страшным грохотом, донесшимся из-за стены, со стороны замкового двора.