И Кадигроб подумал: может быть, не стоит тратить время на роман «Самоубийца», а лучше написать книгу лирических стихов и назвать ее «Ветер и поцелуи». Но тут же эта мысль увяла. Для такой книги у него не хватит ни свежести чувств, ни таланта, ни желания.
Мысль о стихах пришла из другого, далекого и чужого для него мира. Такие мысли порой тревожили его воображение, но он всегда бестрепетно отбрасывал их прочь. Нет, он напишет роман, который давно уже задумал, и вложит в него весь яд, накопившийся в душе за долгие годы притворства, двуличия и страха разоблачения. Он чувствовал себя разбитым, на душе было скверно. Позади — долгая и безуспешная борьба, и он не видел ей конца, этой борьбе, истощившей его сердце и разум.
«Я, как пчела, ужалю и умру!» — подумал Кадигроб. И чтобы не забыть понравившуюся фразу, записал ее в блокнот, с которым никогда не расставался.