Возвращаясь к друзьям, о которых, собственно, наш рассказ, спешу выразить удивление по поводу этой дружбы. Мне, норшенцу, хорошо знающему обоих стариков, совершенно не понять — на чем держится эта дружба, если они в своей жизни еще ни разу не сошлись во мнениях. Если один, положим, взглянув на звездное небо, резонно замечает, что это сейчас ночь, то другой, сделав удивленное лицо, начнет доказывать обратное: дескать, какая это ночь, если сейчас чуть ли не полдень. Даже подтрунивать над другом станет, что тот сослепу или по старости солнце перепутал с луной.

А дружить они все-таки дружат. Был такой случай. Бо укатил не то в Баку, где у него много родственников, в том числе два брата, не то к дочери, которая была замужем и жила совсем в другом конце Карабаха. Друзья расстались почти на месяц. Словами не передать, как загрустил Арсен после отъезда Хачи. В деревне посмеивались:

— Как вместе — грызут друг друга. Теперь, видишь, скучает.

А грызли они друг друга за дело. В то время, как Верчапес, то есть Арсен Погосбекян, избрав ворчливость своим ремеслом, на каждом перекрестке кричит, что не с той стороны погоняем осла, Хачатур, то есть Бо, во всем перечит ему:

— Почему не с той, голова? Плох тот нос, который чувствует только дурные запахи.

Истощившись, друзья притихали, но до первого удобного случая, чтобы снова врезаться в спор.

Впрочем, они были разные и по многим другим признакам. Арсен ростом невелик, коротконог и, несмотря на преклонный возраст, широк в плечах, крепок; он не имел привычки часто бриться. Хачатур же высок, худощав, всегда брит. Правда, чуть-чуть рябоват, но это не портит постоянно улыбающегося лица. Особенно хороши были черные, приветливые, с прищуром глаза.

Если Арсен, как мы уже знаем, с кислинкой, все видит в мрачном свете, недоверчив и ничего не принимает на веру, то Хачатур кроток, незлобив и до крайности доверчив.

Еще электричества в селе и в помине не было, а Хачатур уже натянул по всему дому провода, даже лампочки повесил.

— Зачем они тебе? — спрашивали его. — Электричества у нас пока нет?

— Будет, — отвечал Хачатур. — План имеется. Раз власть говорит — подадут.

И очень часто получалось так, как предсказывал Хачатур. Через год к селу подвели кабель, и когда пришли монтажники проводить в дома электричество, то им не пришлось даже заглянуть во двор Хачатура — там все было готово — подключай свет.

Правда, бывало, что Хачатур попадал впросак. Так получилось совсем недавно, когда сверху вдруг спустили план посева кукурузы. Да еще наседали на пятки, чтобы поскорее отсеялись. Сеять-то посеяли, да урожая не собрали. Климат не тот, кукуруза выросла по щиколотку.