— Двести пятьдесят за шитье, а за материал?

Зам по снабжению взглянул удивленно.

— Материал заказчика, материал уже доставлен, — весело сказал он.

«А ведь это какая-то уголовщина?» — мелькнуло испуганно, но Чичагин почему-то промолчал. Зазвонил диспетчерский телефон.

— Ершов просит на оперативку, — сообщила секретарь директора.

— Я ведь за тобой и шел, — сказал зам по снабжению, беря Чичагина за плечо.

«А может, ничего?» — подумал Чичагин.

На первомайскую демонстрацию собирались всегда, как в первую смену, к семи часам.

— Чего это так рано? — ворчал Олег. — У нас так к восьми собираются.

— Ну, а у нас к семи.

Накануне еще спорили, с кем идти на демонстрацию.

— Пошли с заводом, — предлагал Олег.

— Нет, с фабрикой, — настаивала Лида. Она хотела, чтобы все увидели, как она придет с Олегом и Юрой. Пусть посмотрят.

Юра проснулся раньше всех, до будильника.

— Тетя Лида, — громким шепотом позвал он. — Ведь опоздаем!

Лида вскочила, натягивая халат.

— Спи, спи, еще полчаса можешь спать. — Она вышла в кухню приготовить завтрак.

Солнце поднималось, но в открытую форточку тянуло свежим холодом раннего утра.

Первым, кого увидела Лида, входя на фабричный двор, был Чичагин. Он стоял в окружении директорских замов и их жен, и Танька Баранова, располневшая, довольная собой, была тут же. И Ольга была тут, Ольга Петровна.