— Вы покажите мне свой очерк. Я прочитаю. Потом поговорим.

7

Герасим Обочин — Жанне Луниной.

«Сколько мы с тобой не виделись? Я подсчитывал, подсчитывал — и у меня получается восемь лет. Это, конечно, много, если учесть, что знал я тебя только с пятого класса, а влюбился в девятом. Значит, визуально знакомы мы были всего лишь пять лет. А пять, естественно, меньше восьми. Это, как ты любила говорить, даже ежу понятно. Что еще понятно ежу? Ну, адрес твой я достал самым простым путем. Моя мать попросила об этом твою. Почему написал столько лет спустя? Потому что узнал — ты разошлась с мужем. Вот видишь, я по-прежнему выкладываю все сразу. И по-прежнему во мне нет никакой тайны. Я помню твои слова, которые ты сказала мне на выпускном вечере, когда я пытался поцеловать тебя на лестничной площадке четвертого этажа, а ты отталкивала меня и вертела головой так, что я думал — она у тебя отлетит. Ты сказала тогда мне: «Ты какой-то очень простой. В мужчине всегда должна быть заложена тайна. Без тайны неинтересно». Признайся, ты сама все это придумала или от кого-то услышала? Я потом часто задумывался над твоими словами. Все-таки человека любят не за тайну. Есть что-то другое. Даже, мне кажется, наоборот, в любимой, любимом мы находим близкое, понятное… Иначе как же? Ты, наверное, слышала, что после института я был командирован в Монголию. Работаю здесь уже два года. Помогаю строить дома, школы, детские сады… В декабре рассчитываю приехать в отпуск. Очень хочу встретиться с тобой. Сама видишь, это даже ежу понятно. С приветом Герасим».

«Сколько мы с тобой не виделись? Я подсчитывал, подсчитывал — и у меня получается восемь лет. Это, конечно, много, если учесть, что знал я тебя только с пятого класса, а влюбился в девятом. Значит, визуально знакомы мы были всего лишь пять лет. А пять, естественно, меньше восьми. Это, как ты любила говорить, даже ежу понятно.

Что еще понятно ежу? Ну, адрес твой я достал самым простым путем. Моя мать попросила об этом твою. Почему написал столько лет спустя? Потому что узнал — ты разошлась с мужем.

Вот видишь, я по-прежнему выкладываю все сразу. И по-прежнему во мне нет никакой тайны. Я помню твои слова, которые ты сказала мне на выпускном вечере, когда я пытался поцеловать тебя на лестничной площадке четвертого этажа, а ты отталкивала меня и вертела головой так, что я думал — она у тебя отлетит. Ты сказала тогда мне: «Ты какой-то очень простой. В мужчине всегда должна быть заложена тайна. Без тайны неинтересно».