Г а л я. Я молочка выпила на ферме.
Д а р ь я С о ф р о н о в н а. Ай познакомилась с доярками? Ну гляди. А то самовар горячий. Ваня, а Вера в избе велела снять половики. Говорит, с половиками только обуватели живут. Геологи-де приехали, а мы по половикам ходим. Убирать или погодить?
В е д у н о в. Это ваше дело. Решено убирать — убирай. А мне и в голову бы не пришло, что с половиками я обыватель.
Д а р ь я С о ф р о н о в н а. Слава богу, что уберем, а то все тащится за ногами. Только и хлопай. К зиме опять можно постелить: и пыли меньше, и ноге теплей. Обуватели-то — это еще что за люди?
Г а л я. Такие же, как мы, только жить не умеют.
Д а р ь я С о ф р о н о в н а. Слава богу… Работать бы умели. А жизнь что — не скатерть. Ладошкой не разгладишь. Обувают, и на том спасибо.
В е д у н о в. Вот погляди, Галя, ядовит, как сама смерть, а почему-то борец высокий. По нашим местам называют более правильно — волкобой. Хищник же.
Д а р ь я С о ф р о н о в н а. Хищник, не доведи господь — хищник. Вчера, холера, разворотил прясло и ну пахать морковь, и ну пахать своим рылом.
В е д у н о в. Про кого ты?
Д а р ь я С о ф р о н о в н а. Кабан Нюркин, прости господи.
В е д у н о в. А это зорянка. Растет и раскрывает цветок только в часы утренних зорь. Когда она народилась и впервые увидела солнце, то безумно влюбилась в него, но так как была очень молода, то застыдилась своей любви и с тех пор не может набрать смелости, чтобы взглянуть на солнце.
Г а л я. Травы-то вы любите, Иван Павлович. Вот любить бы мне так свою будущую работу, жизнь, весь этот мир. А то подумаю, что через год совсем приеду в деревню учить ребятишек, и оторопь берет. Вот как пошлют в такую глушь — тут и завянешь, как зорянка бедная, не взвидевши солнца.
В е д у н о в. А мне, Галя, думается, придешь ты к ребятишкам в класс с приветом, с улыбкой, и они полюбят тебя, а все остальное уладится.
Г а л я. Вы так говорите…
К у з я к и н. Ты, Иван Павлович, скоро по нашим лесам каждый гриб в сельсоветской бухгалтерии оприходуешь. Листочки уж вот по книжечкам раскладываешь. За котелок ершей душу из нас вынаешь. А того не видишь, что за поскотиной геологи кедровник валят.