П ы л а е в. Мы перешагнули Иленьку и начали буровые работы на том берегу значительно раньше срока. Предлагаю нашу первую скважину, которую мы только что заложили, назвать Верой.

Гости кричат «ура», чокаются и пьют.

К о м о в (пьяновато). Дайте мне слово. Благодарю за внимание. Я — бухгалтер, счетный работник, принять в целом, и не мастак до речей. Все мы люди и все человеки. Но то, что по плечу Роману Романовичу, многим далеко-далеко. «Где кочуют туманы…» Да, и видим перед собой, значит, самородок земли русской. Ему даден государственный ум, совесть гражданина и мужество стратега его… Ура!

Все кричат «ура», с треском вылетают пробки.

П ы л а е в. Товарищи, а почему же хозяин дома в стороне от веселья. Иван Павлович, так не годится. А ну-ка штрафную ему.

В е д у н о в. Я, извините, с дороги.

П ы л а е в. А мы все в дороге. Так выпьем же, товарищи, за дороги, которые ведут к огню.

В е д у н о в. За прямые дороги, товарищи.

П ы л а е в. Браво. Будь здоров, председатель.

В е д у н о в. И еще слово. Тут уважаемый бухгалтер говорил о добродетелях. Позвольте и мне слово.

В е р а. Говори, Ваня. Просим.

В е д у н о в. Смотрю я на вас, Роман Романыч, и вижу: страшный вы человек. По чьей-то неразумной воле вам дозволено управлять огромной силищей, и в ваших маленьких цепких ручках эта сила вместо добра стала карой и проклятьем нашей стороны.

В е р а. Ваня. Иван. Да ты в уме?