– Ну, это долгая история. Мы знакомы довольно давно. Он был вполне симпатичный и при деньгах.

– Ладно, вам вовсе не обязательно все это мне рассказывать.

– Разве вы сами попали в Мексику не таким же образом, как я? – спросила она.

Вот, оказывается, что, по ее мнению, нас сближало.

– Я попал сюда, потому что влюбился.

– Да, конечно, тут есть разница – ведь она такая красивая. Но все же, – с внезапной проницательностью произнесла она то, о чем я мог бы и сам догадаться, – это ведь ее дом, правда? И все вещи в нем принадлежат ей. У вас ведь ничего нет?

– Чего у меня нет?

– Вы же не имеете собственных денег, правда?

Я, конечно, не собирался лицемерить и с ней спорить, притворяясь, будто никогда в жизни не придавал значения деньгам и не думал о них. А иначе каким образом появилась бы в моих карманах иностранная валюта, выигранная в харчевне у китайца, – все эти разноцветные бумажки вплоть до царских рублей? Их, я полагаю, бросили на стол хористы казачьего хора. Нет, не беспокойтесь, деньгам я цену знал и потому понял, что она имеет в виду.

– Нет, деньги у меня есть, – сказал я. – И я могу дать вам в долг сумму, достаточную, чтобы выбраться отсюда. А у вас совсем нет денег?

В этот момент мы очень хорошо понимали друг друга.

– У меня есть счет в нью-йоркском банке. Но сейчас какой мне в этом прок? Я могу дать вам чек на песо, которые вы мне одолжите. Но денег добыть не сумею. Мне надо поехать в Мехико и оттуда известить банк.

– Нет, чека мне не нужно.

– Он будет оплачен, не думайте. Об этом вы можете не беспокоиться.

– Нет-нет, мне достаточно вашего слова. Никакого чека не требуется.

– Я хотела попросить вас отвезти меня в Мехико, – сказала она.

Этой просьбы я ожидал, хотя ничего подобного и не планировал. Но, прозвучав, она произвела на меня впечатление. Я задрожал, словно от прикосновения судьбы. Мне никогда не удавалось скрывать свои чувства и помыслы; как же окружающие ухитрялись так редко их понимать? Загадка, да и только!

– Ну… довольно неожиданно, – сказал я, чувствуя, что это не столько план спасения, сколько попытка вовлечь меня в интригу.

Шум и крики веселившихся на празднике стали громче, и узкая полоска апельсиновой рощи, в которой мы скрывались, казалась последней несжатой полосой, до которой вот-вот доберутся жнецы. Каждую минуту можно было ожидать вторжения какого-нибудь пьяницы или пылкой парочки. Я знал, что мне пора отправляться на поиски Теи, но сначала надо было разобраться с просьбой.

– Незачем так ставить вопрос. Я помогу вам в любом случае.