Разведчик ручкой метлы ткнул подростка в красной куртке в пах.

– Больно!

– Признавайся, тебе говорят!

– Не знаю я ничего, в чем же мне признаваться?.. Больно…

– Эй, хватит! – Женщина взглянула на адъютанта. Ее глаза горели ненавистью. Лучше бы она изобразила безразличие, больше было бы пользы. Если он разгадает ее чувства, добра не жди.

– Но так просто взять и отменить только что отданный приказ непедагогично. Кроме того, выполняя приказ, подчиненный не имеет права критиковать его. Обсуждать приказ не разрешается.

Подросток в красной куртке рыдал. Разведчик, весь в поту, беспрерывно тыкал ручкой метлы в пах своей жертвы.

– Если он и вправду ничего не знает, сколько ни пытай, признаваться-то ему все равно не в чем. – Зазывала, прикрыв лицо руками, исподтишка наблюдал за допросом.

– Кажется, это потребует немало времени. – Ходивший вокруг унитаза адъютант остановился и следил за выражением лица продавца насекомых. Тот слегка кивнул, но остался бесстрастным, словно надел маску. – А пока что я пойду в третье помещение… Хотя нет, как же оно называется? То помещение, куда ведет подъемник…

– Называйте как угодно.

– Ну что ж, пусть будет Большая столовая, подходит? Она раза в четыре больше нашей конторы у мандариновой рощи. Там неудобно готовить пищу, и санитарные нормы нарушаются. Как ни печально, сегодня на завтрак опять рыба. Два бывших мясника, вооружившись кухонными ножами, уже стоят наготове. Итак, откланиваюсь.

Адъютант неторопливо пересек трюм, прошел мимо бочек и скрылся в проходе, ведущем в машинный трюм. Мне показалось, что ему понадобилось на это полчаса, не меньше.

– Комоя-сан, – крикнул зазывала, но продавец насекомых и бровью не повел. – Заставьте его прекратить, прекратить это безобразие… Комоя-сан, нельзя же допускать такое… Забавляет вас это, что ли?..

– Заставите его прекратить? – Женщина спустила самострел с предохранителя и вставила стрелу.

Я тоже тайком начал действовать. Сполз с энциклопедии, повернулся и протянул руку к «узи», который женщина поставила рядом с унитазом. Но тут продавец насекомых медленно поднял пистолет и навел его на меня.

– Не тронь. – Он подбежал и выхватил автомат. – Я еще в своем уме. Может, и кажусь ненормальным, но со мной все в порядке. Потерпите самую малость, нужно все как следует обдумать. Ну что ж, покурим…

Продавец насекомых отступил в безопасное место и присел на корточки у стены. Положив «узи» на колени и держа пистолет в руке, закурил. Разведчик, словно меся тесто, механически двигал ручкой метлы сверху вниз. Казалось, он отбивает ритм. Подросток в красной куртке вопил в такт взмахам метлы. Похоже, удары были не так уж сильны. По моей ноге, уже утратившей чувствительность, ползали сотни слизняков, утыканных иглами.