Зайдель чувствовал себя именинником и горделиво шатал за Емельяновым.

В механическом цехе Емельянов подошел к молодому токарю, который возился со станком, прилаживая какую-то блестящую деталь. Парень был так увлечен своим делом, что не заметил, как посторонний человек остановился у него за спиной и внимательно следил за его работой.

Емельянов узнал молодого рабочего. Это был Рудольф Штольп, или, как его тогда все называли, Рудди, организатор первой комсомольской бригады на заводе. Емельянов с удовольствием смотрел на ловкие и четкие движения Рудольфа до тех пор, пока токарь не заметил толпу, окружившую его, выключил станок, с недоумением оглянулся вокруг и ничего не понимающим взглядом уставился на Емельянова.

Этот случай позабавил всех. Когда все вдоволь посмеялись и недоумение разъяснилось, Емельянов крепко пожал руку Рудольфу и попросил у него разрешения продолжать работу у станка и сделать то, что никак не удавалось молодому токарю.

Люди обступили Емельянова. Одни с восторгом, а другие со сдержанным недоверием ожидали, когда он включит станок и начнет работать. Надевая поверх костюма предложенный ему синий халат, Емельянов весело окинул взглядом присутствующих, и его глаза встретились с острым, испытующим взглядом старого мастера Карла Гаука, который, как помнит капитан, всегда и ко всему относился с подозрением. И Емельянова обрадовало предчувствие того, что через несколько минут он одержит еще одну победу над этим упрямым стариком. Он уверенно подошел к станку, спокойно включил его и принялся обрабатывать деталь, дав знак Зайделю, чтобы тот засек время.

В десятках рук сверкнули часы, и глаза присутствующих стали остро следить то за работой Емельянова, то за бегом часовой стрелки. Деталь, на обработку которой здесь на заводе лучшие мастера тратили более двух часов, была готова ровно через двадцать три минуты! Это произвело сильное впечатление на всех и даже на старого мастера Гаука, который тут же достал микрометр и, измеряя деталь, ни к чему не мог придраться. В заключение он сокрушенно почесал затылок и пожал руку Емельянову, как побежденный боксер пожимает руку своему партнеру-победителю.

Рабочие обступили Емельянова, оживленно расспрашивали его и охотно рассказывали о своих делах.

Через два дня, когда Емельянов осмотрел весь город, поговорил со многими старыми знакомыми, обербургомистр Конрад Зайдель прощался со своим другом.

За городом они покинули машины и километра три шли пешком, все никак не могли расстаться и наговориться. Наконец, взошли на подъем, откуда был виден весь город, раскинувшийся в зеленой долине. Друзья остановились, еще раз посмотрели на долину, на город, с чьей судьбой была связана их судьба, и протянули друг другу руки.