– Одно из двух: либо Тим существовал всегда, либо – нет.

– Правильно. Предположим, что брат у тебя был. В этом случае выходит, что по какой-то веской причине твое подсознание все воспоминания о Тиме похоронило.

– Это по какой, например?

– Вероятно, по той самой, что уязвляет твое эго. Если бы нам удалось ее определить, то память, скорее всего, тут же вернулась бы к тебе. Ты никогда не пытался навредить брату?

– С тех пор как он появился в моей жизни – нет, – снисходительно ответил Галт.

– Угу. – Абернати побарабанил пальцами по столу. – Раз ты сам ничего не помнишь, значит нам требуется косвенный подход. Будем добывать сведения от третьих лиц.

– Так ведь я уже вовсю работаю в этом направлении! Написал всем друзьям и родственникам. Обратился в детективное агентство, навел ищейку на след Тима. А еще подключил сестру. – Галт в задумчивости покусал губу. – А прямой подход? Что он предполагает?

– Мы уже испробовали его, но психологический барьер обойти не удалось. Лексические ассоциации ничего не дали.

– Совсем ничего?.. Погоди-ка! И каков же общий результат тестирования?

– Тима два года тому назад не существовало, – с готовностью ответил Абернати. – Но поспешу заметить, что это ничего не доказывает… кроме того, что ты упорно не желаешь верить в существование брата. Гипноз тоже не дал результатов. Как будто у твоего подсознания кляп во рту.

– Тебе это не кажется немного необычным?

– Необычным? Еще слабо сказано! Единственное объяснение, которое приходит на ум… Похоже, ты и в самом деле пытался убить брата!

– Холмс! – воскликнул Галт. – Как вам это удается?

– Катитесь-ка вы, братцы Кавендиши, к черту! – дружелюбно парировал Абернати. – Пускай с тобой детективы разбираются. Я на эту роль точно не гожусь… Просто в голове не укладывается! Неужели Тим и в самом деле так страшен, как ты его малюешь? Ведь я знаю вас обоих вот уже несколько лет! Выходит, он сверхчеловек?

– Вовсе нет! У тебя антропоморфное мышление. У нас даже боги подобны человеку: Яхве, Один, Зевс… Все боги – сверхлюди! Если позволишь мне выражаться твоим профессиональным языком, то все они – проекция человеческого эго. А что, если Тим – существо, не ограниченное привычными для человека законами?

– Вряд ли сверхчеловек так уж ограничен.

– Я говорю о возможностях, простирающихся за пределы человеческого восприятия, – продолжал Галт. – Представь себе такое место, где измерений гораздо больше, чем мы знаем. Место, где привычные физические законы не действуют. Место, где все перевернуто с ног на голову! И в этом чуждом нам пространстве родилось существо, для своего мира, быть может, ничем и не примечательное, но для нашего… Ты меня понимаешь?