Темпл молчала, напрягаясь, когда машину на большой скорости заносило то вправо, то влево. Гоуэн упорно глядел на нее, не прилагая ни малейших усилий, чтобы машина шла ровно.

— Черт возьми, хотел бы я видеть женщину, которая сможет…

Темпл заметила дерево, преграждающее дорогу, но снова лишь напряглась. Это казалось ей логическим и роковым завершением той цепи обстоятельств, в которые она оказалась вовлечена. Она сидела, строго и спокойно глядя на Гоуэна, очевидно, не видящего дороги и едущего прямо на дерево со скоростью двадцать миль в час. Машина ударилась, отскочила назад, потом вновь налетела на ствол и опрокинулась набок.

Темпл почувствовала, что летит по воздуху, ощутила тупой удар в плечо и заметила двух мужчин, выглядывающих из зарослей тростника на обочине. Голова у нее кружилась, она с трудом поднялась и увидела, что оба выходят на дорогу, один в тесном черном костюме и соломенной шляпе, с дымящейся сигаретой, другой — без головного убора, в комбинезоне, с дробовиком в руке, его бородатое лицо застыло в тупом изумлении. Кости ее словно бы растаяли на бегу, и она упала ничком, все еще продолжая бежать.

Не останавливаясь, Темпл перевернулась и села, рот ее был раскрыт в беззвучном крике, дыхание перехватило. Человек в комбинезоне продолжал смотреть на нее, его рот, окруженный мягкой короткой бородкой, был разинут в простодушном удивлении. Другой, встопорщив тесный пиджак на плечах, нагнулся к лежащей машине. И мотор заглох, однако поднятое переднее колесо продолжало бесцельно вращаться, все медленней и медленней.

V

V

Человек в комбинезоне был не только без головного убора, но и без обуви. Он шел впереди, дробовик раскачивался в его руке, косолапые ступни без усилий отрывались от песка, в котором Темпл при каждом шаге увязала почти по щиколотку. Время от времени он поглядывал через плечо на окровавленное лицо и одежду Гоуэна, на Темпл, идущую с трудом, пошатываясь на высоких каблуках.

— Тяжело идти, да? — спросил он. — Если скинуть эти туфли с каблуками, будет легче.

— Правда? — сказала Темпл, остановилась, ухватилась за Гоуэна и разулась. Босоногий наблюдал за ней, поглядывая на туфли-лодочки.

— Черт, да я не смогу всунуть даже два пальца в такую штуку. — сказал он. — Можно поглядеть?

Темпл протянула ему одну из туфель. Босоногий неторопливо повертел ее.

— Надо же, — сказал он и снова глянул на Темпл светлыми пустыми глазами. Его буйные волосы, совсем белые на темени, темнели на затылке и возле ушей беспорядочными завитками. — А деваха рослая. Ноги вот тощие. Сколько она весит?