— Мне бы своим в лапы не попасть, — отозвался Недрянко.

Емелька понял, что Недрянко не с пустыми руками остался, если не боится немцев. Ну да, небось в райкоме заседал. Небось такое знает!..

— Что же ты раньше не открылся?! — воскликнул Емелька. — Эх, и наворочали б мы делов! — Он быстренько выставил на стол бутылку самогона, собрал кое-какую закуску. — Вот не думал, не гадал, что доведется с таким человеком чарку пить.

— Вроде не ко времени, — заметил Недрянко.

— Ко времени. В самый раз, — возразил Емелька. — Лучше скажи, как же тебя величать?

— Анисимом Антиповичем меня звать, — сказал Недрянко.

— Ну, значит, Антипыч, поднимем, чтоб все у нас заладилось с новой властью.

Они выпили. Емелька потеребил за рукав своего собутыльника:

— Хоть и добрую службу сослужила тебе гимнастерочка, а снимать надо.

— Надо, — согласился Недрянко. — Пройдешь ко мне домой и принесешь что-нибудь попроще.

— Это полдела, — согласился Емелька. Разлил по стаканам то, что оставалось в бутылке, поскреб волосатую, словно замшелую грудь, продолжал: — А ты верно, Антипыч, подметил: мол, не ошибся, по адресу попал. Не прощу я им, не забуду. Все у меня записано: и кто хозяйство растаскивал, и кто прочую вредность творил. Доберусь я до них. Вот уж потешу душеньку.

— Долго же ты таил обиду, — насмешливо проронил Недрянко.

— Обиду?! — воскликнул хмелеющий Емелька. — Нет уж, шалишь. То не обида. Отмщения жажду! Око за око, а за зуб — целую челюсть! — Он придвинулся ближе к Недрянко, торопливо заговорил: — Маркел Сбежнев после отсидки небось тоже кое-какие узелки для памяти завязал.

— Вот как? — удивился Недрянко.

— По прибытии кинулся он туды, сюды. Властям до него дела нет — лишенец. Я и приласкал. — Емелька хихикнул. — Кое-чем подсобил.

— Ну и пройда, — одобрительно качнул головой Недрянко. — Укусил и меда дал.

Емелька был польщен такой характеристикой, самодовольно осклабился.

— Не лыком шиты. Как-нибудь разбираемся. Был Маркел врагом, а ныне другом стал. Так-то. — И тут же предупредил своего гостя: — Гляди, не проговорись, что это мы того... под статью его подвели. Пусть на Советскую власть зло копит.

— Пусть, — согласился Недрянко, зная, что и он приложил к этому руки.

Емелькой овладела жажда деятельности. Он поднялся, накинул пиджак.