— Славик, и меня возьми! — надрывалась Анька Сбежнева.

— Не могу! — в ответ кричал Славка. — Не могу, Анна Маркеловна. Вышли из комсомольского возраста!

— Вот напасть! — ляснула себя Анька по бедрам, будто и впрямь огорчена. — Оттуда вышла, туда не пришла!.. Самому, небось, за тридцать перевалило. И вовсе перестарок!

— А я последний срок на комсомоле. К Ивану Толмачеву подкатывайся — его будем избирать!..

Наблюдая веселую суету у машин, Чугурин проронил:

— Вот как рвутся к тебе, Владимир Захарович. И чем только ты их взял?

Круковец — высокий, стройный, с загорелым до черноты лицом и потому, наверное, кажущийся старше своих тридцати двух лет, подбрасывая на ладони брелок с ключом от зажигания, усмехнулся:

— В «профилакторий» едут, Павел Павлович. — И, уловив на себе недоумевающий взгляд Чугурина, объяснил: — А это с веселого языка Аньки Сбежневой пошло. Оно ведь и в самом деле одно удовольствие после заводского жара и гари, оторвавшись от «закопченных самоваров», как она же назвала печи, потрудиться среди степного раздолья.

— Н-да, режешь ты меня без ножа своим «профилакторием». Людей вот отдал, а у самого на заводе не все благополучно. План ты нам будешь делать?

Вроде шутя это было сказано, и не шутя, как бывает, когда, приходится поступаться своими интересами в силу необходимости. Круковец, очевидно, так и понял, потому ответил такой же интонацией:

— Мы временно берем. А уж вы, Павел Павлович, забираете от нас — без возврата. Кто остался в колхозе? Старики. А их дети — у вас пристроились, в транспортно-ремонтных мастерских, шоферами и слесарями автобазы «Межколхозстроя»... Некоторые еще дальше подались — на шахты... Значит, отрабатывайте за них. Логично?

— Ох и «цепкие вы, Круковцы, — усмехнулся Чугурин. — Что батя был — палец в рот не клади, что сынок. Яблочко от яблони...

— До отца мне далеко, — перестав играть брелоком, отозвался Круковец, — Он всей жизнью имел право требовать от людей такого же горения, а я — лишь должностью своей.

— Что верно, то верно, — закивал Чугурин. — Войной побитый — в чем только душа держалась, а сколько в нем было энергии, целеустремленности!.. О земле мы с ним тоже толковали. Это у тебя, Владимир Захарович, от него — отрабатывайте.

А сам подумал о том, что вот и не имел Захар Круковец образования, зато природного ума, хозяйственной сметки, прозорливости ему не надо было занимать. Видно, в корень смотрел, когда незадолго до смерти утверждал, что сельское хозяйство уже переведено на промышленную основу, механизировано и машинизировано, осуществляется денежная оплата за труд, и что производство сельскохозяйственных продуктов вскоре станет не только заботой колхозников, но всего общества, и в первую голову — рабочего класса. Так оно и оборачивается. Теперь на уборку урожая загодя планируются полумесячные, с последующей заменой, поездки больших групп заводчан, не связанных со сменной работой у печей или у аппаратуры химических цехов. Нынешний выезд — разовый: собрать огурцы и помидоры, чтобы отправить в магазины своего городка, старого поселка, Ясногоровки.