Многочисленные монархи мелких и крупных немецких государств не были в массе своей ни добрыми, ни удачливыми. Если даже кому-то из них доставалась военная слава и удавалось покровительствовать наукам и искусствам, как, например, прусскому королю Фридриху Великому, или достигнуть успехов в устройстве педагогических учреждений, как это было с принцем Карлом Евгением Вюртембергским, властителем родины Шиллера и создателем знаменитой Карловой школы, то добрыми и человечными их никак нельзя было назвать.

В «Дон Карлосе» Шиллер создал образ инфанта, наследника испанских королей, который полон самых гуманных намерений, веротерпимости, желания духовной и политической свободы для себя и своих подданных, однако терпит фиаско в неравной борьбе со своим суровым отцом, королем Филиппом, и с мощью Католической Церкви в лице Великого инквизитора. И в «Духовидце» мы видим молодого образованного принца, путешествующего по Италии и остановившегося в Венеции, которая слыла тогда среди европейской аристократии модным местом. Принц вполне симпатичен, гуманен, но духовно нестоек — точно так же, как персонаж шиллеровской трагедии. Герой «Духовидца» позволяет вовлечь себя в интриги некоего тайного общества, которое обещает ему помочь завладеть отеческим троном (принц по старшинству не имеет права престолонаследия), чтобы затем подчинить его монархию своим политическим интересам.

Под этим тайным обществом угадывался знаменитый католический орден Иисуса. Деятельный и превосходно организованный орден иезуитов, «светских монахов», играл в XVII—XVIII веках немалую роль в европейской политике. Иезуиты вмешивались в дела Франции, Испании, Италии, германских королевств и княжеств. Их влиянию воспротивился наконец даже Папа Римский и в 1773 году упразднил ставший слишком самостоятельным орден. Но иезуиты продолжали действовать, находя покровительство то в Пруссии Фридриха II, то даже у российской императрицы Екатерины Великой. Сильной стороной иезуитов, привлекавшей к ним монархов-просветителей, была стройная, продуманная педагогическая система, которая давала хорошее образование. Впоследствии орден был восстановлен, затем вновь изгонялся из ряда стран. В России его запретил Александр I в 1820 году.

В Германии работа ордена вела к тому, что колебалась вера некоторых монархов-лютеран. Были случаи обращения их в католичество, что порождало множество слухов. Рассказывали об особенном влиянии иезуитов на немецких принцев, когда те путешествовали по Италии. Например, это относилось к будущему саксонскому курфюрсту и польскому королю Августу Сильному. Намного раньше, в середине XVII века, принял католичество принц Брауншвейг-Люнебургский, и произошло это именно в Венеции. В середине 1780-х годов, когда Шиллер стал искать тему для своего романа, в немецкой печати много писали о намерении иезуитов тайно подчинить себе едва ли не все германские государства и вернуть их под власть папства. Журнал «Берлинский ежемесячник» вел даже список случаев невероятного усердия, с каким стараются внушить многим протестантским властителям симпатии к католицизму.