– Дочь жалко… Иной раз подкатит вот сюда – хоть на стенку лезь.

– Видаешь ее?

– Переехали они… В другом городе. Не надо, Сеня.

Долго молчали.

– Остался бы здесь, правда.

– Давай спать, поздно уже. Тебе ж на работу рано.

Выключили свет, легли.

Но не спалось обоим – лежали с открытыми глазами, думали.

…Утром чуть свет к братьям пришла Валя.

– Поднялись? Здравствуйте! Давайте сготовлю вам чего-нибудь… – Сразу в маленькой избе сделалось как будто просторней, светлее, когда появилась она и зазвучал ее молодой, сильный, свежий голос. – Сеня, давай за картошкой!.. Мясо-то есть?

– Господи! – воскликнул Сеня. – Завались! В погребе.

– Давай в погреб! А я пока приберусь маленько, а то заплесневеете тут. Иван, собирай половик, неси на улицу – вытрясем. Шевелитесь, ядрена мать! Мне тоже на работу надо.

Сеня побежал в погреб. Иван неумело – ногой, начал было скатывать половик.

– Да не так, господи! Руками! Спина, что ли, отвалится – нагнуться-то боишься? Вот как… Неси. Я сейчас выйду. Отвык от деревенской работы?

– Какая это деревенская?..

– Она тут всякая, милок. У нас вон ребята коров доят, ничего.

– Брось ты?

– Чего? Поломались маленько и пошли. Комсомол помог, правда. Еще как доят-то!..

– Руками?