– Тимоха, помоги парню.

– Да почему счас-то? Кто так делает?..

– А то поздно будет. Фактор один появился… поздно будет

– Какой фактор?

– Ну… поздно будет. Ее спровоцируют.

– Тимоха…

– Да ну вас к черту, вы что, на самом деле! Ночь-полночь – сваты заявились. Завтра хохотать все будут.

– Вот как раз счас самое время идти, – рассуждал дед с печки. – Никто не увидит. Откажут, никто знать не будет.

Тимофей вздохнул, задумался.

– Какой фактор-то? – спросил он сына – Сенька, что ли?

– Нет.

– Собирайтесь и идите, а то спать лягут люди. Ничего с тобой, Тимоха, не случится – сходишь, не похудеешь. Сделай одолжение парню. А девка правда хорошая – на ней пахать можно.

– Пойдем, тять.

– Язви вас в душу!.. Может, с матерью сходишь? Она счас придет…

– Та-а…

– Чего она, мать?.. Баба есть баба. Иди, Тимоха. Вишь, загорелось парню: значит, надо. Раз какой-то хвактор появился, не надо тянуть. Они нонче такие: не успеешь глазом моргнуть – поздно будет. Опередить надо.

Отец снял грязные галифе, нашел в сундуке новые брюки, надел и, болезненно сморщившись, долго ловил негнущимися темными пальцами маленькую скользкую пуговицу на ширинке.

– Тц… сердце мое чует – на радость зубоскалам идем. Ни хрена из этого сватовства не выйдет. Подождем хоть дня-то?

– Днем хуже.

– Какая тебе разница, Тимофей?