Валя быстро смахнула ладошкой слезу.

– Господи… так скоро и такой дорогой стал. – Валя сняла у него с подбородка табачинку, прижалась горячей ладошкой к заросшей щеке, погладила. – Колючий…

Иван обнял ее, прижал к груди. Долго стояли так.

– Валя, Валя… Мне кажется, я сумку отнимаю у нищего на дороге.

– Ты про Сеню?

– Про Сеню и про…

– Ну а что же мне-то делать, Ваня, голубчик? Мне ведь тоже любить охота. Кто же любить не хочет?

– Все хотят, – согласился Иван.

– Если бы я пожила-пожила да снова родилась – тогда можно и так как-нибудь. А снова-то не родишься.

– Тоже верно. Все понимаешь.

– Господи, я вообще все понимаю! Мне, дуре, надо было мужиком родиться, а я вот…

– Не жалей.

– Как не жалеть! Были бы у нас права одинаковые с вами, а то…

– Что?

– Вам все можно, а наше дело – сиди скромничай.

– Что – «все»-то?

– Да все! Захотел парень подойти к девке – подходит. Захотел жениться – идет сватает. А тут сиди выжидай…

Иван крепко поцеловал ее.

– Чего глаза-то закрыла?

– Совестно… И хорошо. Как с обрыва шагнула: думала – разобьюсь, а взяла – полетела. Как сон какой…