Сколько нужно времени, чтобы вручить мертвого пса в пластиковом мусорном мешке владельцу и прочитать этому наглому и упрямому хиппи лекцию? Дэнни был почти уверен: если бы патрульному пришлось застрелить вторую собаку Дрейка, он бы услышал выстрел. Писатель вслушивался. Он вслушивался, даже когда говорил с Барретт. (Лучше целоваться, чем разговаривать. Поцелуи почти бесшумны, и он ни за что не пропустит выстрел, если патрульный все-таки выстрелит.)

— Поедем ко мне, — прошептала Барретт, отстраняясь от его поцелуев. — Я совсем недавно застрелила свою лошадь. После этого мне хочется принять ванну.

— Конечно, — сказал Дэнни, но его рука не потянулась к ключу зажигания.

Патрульная машина еще не проезжала мимо, и звука выстрела тоже не было слышно.

Писатель попытался вообразить разговор патрульного Джимми и хиппующего плотника, несостоявшегося писателя Роуленда Дрейка — великовозрастного сына состоятельных родителей, который до сих пор «искал себя». Возможно, они сидели за кухонным столом. Дэнни хотелось видеть, как Джимми чешет за ухом пса-полукровку. Многие собаки очень любят, когда им чешут за ушами. Но Дэнни никак не давалась эта мысленная картина, отчего он и не торопился заводить мотор.

— Что это? — вздрогнула Барретт.

Выстрел оказался громче, чем он ожидал. Странно, лачуга Дрейка находилась в двух, если не в трех милях отсюда. Дэнни неправильно оценивал звук выстрела из револьвера Джимми. (Он считал, что патрульный вооружен револьвером тридцать восьмого калибра. Писатель не любил оружие, в том числе и револьверы, и потому не знал, что Джимми предпочитал «уилдэй магнум»[116], называемый также «уилдэй сэрвайвор».) Дэнни слышал, как стреляет кольт сорок пятого калибра. Неведомый ему револьвер стрелял громче, чем любимая «пушка» Карла.

Барретт вздрогнула. Ее рука инстинктивно потянулась к винтовке.

— Браконьеры поганые. Утром обязательно позвоню Джимми.

— Почему Джимми? — удивился писатель. — Почему не егерю?

— От него никакого толку. Этот дурень боится браконьеров, — ответила Барретт. — А Джимми знает их всех наперечет. И Джимми они боятся.

— А-а, — только и мог произнести Дэнни, который ничего не знал о браконьерах.

Дэнни завел мотор, зажег фары и включил дворники. Они с Барретт закрыли оба боковых окна. Потом он развернул машину и повел ее по узкому проезду к ферме, где жила Барретт и ее лошади. Он не знал, какая часть отсутствует в этой головоломке, и не был уверен, какой отрезок истории разворачивается сейчас.

Машина медленно ползла вверх. Винтовка лежала у Барретт на коленях, упираясь дулом в дверцу. Пока Дэнни было ясно одно: они не квиты. Ни с Дрейком, ни с Ковбоем. И зло все так же будет идти за ними по следу.