Был конец декабря — время праздничных иллюминаций, нарядных улиц и покупательской лихорадки. Доминик стоял на тротуаре, дожидаясь, когда красный свет светофора соизволит измениться на зеленый. Он вдруг вспомнил, что на Рождество должен приехать Кетчум. Повар так и не мог привыкнуть к его приездам в Торонто. Появление Кетчума в городе до сих пор воспринималось им как нечто неестественное.

Четырнадцать лет назад писатель Дэнни Эйнджел и его отец в последний раз ездили к Джо в Колорадо, чтобы вместе встретить Рождество. (Кетчум туда не ездил. Ехать из Нью-Гэмпшира в Колорадо на машине было занятием долгим и утомительным, а летать самолетом Кетчум упорно отказывался.)

Джо учился в Боулдере (он все-таки выбрал Колорадский университет). На зиму Дэниел арендовал лыжный дом в Уинтер-парке[117]. В зимние месяцы дорогу, идущую от озера Гранд-лейк через национальный парк «Скалистые горы», закрывали. Путь от Боулдера до Уинтер-парка увеличивался и занимал почти два часа. Ехать приходилось вначале по федеральному шоссе 70, а затем по национальной автостраде 40, идущей через перевал Бертуд[118]. Однако Джо обожал кататься на лыжах в Уинтер-парке, и отец баловал сына. (Во всяком случае, так думалось повару, пока он стоял на Янг-стрит и ждал зеленого сигнала светофора.)

Рождественские праздники в Колорадо были просто великолепны, однако дом в Уинтер-парке представлял собой слишком большое искушение для Джо. Отец с дедом возвращались в Торонто, лыжный сезон продолжался, а дом оставался в полном распоряжении Джо и его друзей. Естественно, парень пропускал занятия и наведывался в Уинтер-парк едва ли не всякий раз, когда выпадал свежий снег. Одно то, что неподалеку есть место, куда можно приехать и покататься на лыжах, затуманило бы мозги любому студенту в Боулдере. Но когда в твоем полном распоряжении уютное пристанище буквально в двух шагах от лыжных подъемников… по сути, это и погубило Джо. («Дэниел, о чем ты думал?» — мысленно спросил сына Доминик Бачагалупо.)

Наконец вспыхнул зеленый свет, и повар похромал через Янг-стрит. Но даже сейчас он внимательно глядел по сторонам. Перед Рождеством число водителей с заячьими мозгами заметно возрастало. Они лихорадочно искали место стоянки возле Саммерхиллского винного магазина и Пивного центра. Как сын однажды назвал этот район? Повар стал припоминать. Кажется, «покупательским раем для гедонистов».

Магазины и рынки поражали воображение, это правда. Тут продавались отличные продукты, свежая рыба, громадные колбасы и окорока, но по баснословным ценам. Повару казалось, что перед Рождеством весь город торопится запастись спиртным, забыв о правилах движения! (Возвращения сына к выпивке повар не осуждал, понимая, какие причины заставили его это сделать.)