о самом сильном оружии больного, его способе проявить свое сопротивление»
Затем Фрейд блестяще описывает, каким образом маленький мальчик создал себе пугающую картину как взрослой, так и своей собственной сексуальности, воспринимая ее через кривое зеркало детской сексуальной теории, окрашенной анальным эротизмом.
Во-первых, пациент вспоминал о своем страхе заразиться дизентерией, когда он был ребенком, поскольку в его испражнениях иногда находили кровь. Фрейд интерпретировал этот страх как выражение желания идентифицироваться со своей матерью, устанавливая равенство между кровью в испражнениях и менструальным кровотечением. Последовательность ассоциаций привела пациента к установлению нового сближения между особой позой женщины в первичной сцене и интенсивностью анальной эротической фиксации, которая выражалась посредством нарушений деятельности кишечника: «Орган, через который могла выразиться эта идентификация с женщиной, пассивная гомосексуальная установка по отношению к мужчине, был анальной зоной, – интерпретирует Фрейд. – Нарушения функций этой зоны приобрели тогда значение женственных нежных влечений и сохраняли это значение во время последующей нервной болезни» (р. 383 [75]).
Орган, через который могла выразиться эта идентификация с женщиной, пассивная гомосексуальная установка по отношению к мужчине, был анальной зоной, –
. – Нару
Во-вторых, Фрейд замечает, что в представлении пациента женщина претерпела кастрацию и что функция вагины стала эквивалентна в его воображении функции кишечника. Другими словами, ребенок создал концепцию первичной сцены, основанную преимущественно на «теории клоаки» (р. 384 [76]), поскольку не мог иметь достаточных знаний о различии полов и о роли генитальной сексуальности женщины. Идея, будто женщина подверглась кастрации, усилила страх кастрации маленького мальчика по отношению к его собственному пенису, что, в свою очередь, усилило его идентификацию с женщиной и его пассивную женственную позицию по отношению к мужчине. Тогда гомосексуальная наклонность подверглась вытеснению, но вновь возникла в другой форме, в форме сильно эротизированных кишечных нарушений: «Отвергнутая актом вытеснения женственная установка по отношению к мужчине нашла, так сказать, убежище в кишечной симптоматике и проявилась в поносах, запорах и болях в кишечнике, которые были так часты в детском возрасте» (р. 385 [77]).
«теории клоаки»
Отвергнутая актом вытеснения женственная установка по отношению к мужчине нашла, так сказать, убежище в кишечной симптоматике и проявилась в поносах, запорах и болях в кишечнике, которые были так часты в детском возрасте»