Пролонгированные рефлективные тенденции
Пролонгированные рефлективные тенденцииПролонгированные рефлексивные тенденции (
Жертвы травмы, которые функционируют на этом уровне – как правило, это относится к ВНЛ, – могут принимать участие в долговременных проектах, преследующих не сиюминутную выгоду, а более отдаленные цели, даже в том случае, когда это связано с необходимостью терпеть неудовольствие. Они обладают достаточно высоким уровнем персонификации и могут ставить реалистичные цели, достижение которых предполагается в отдаленном будущем. Благодаря этому они способны удерживаться в терапии, требующей значительных усилий и упорства. Однако далеко не всегда ВНЛ жертв травмы функционируют на этом уровне. Что касается АЛ, то для них достижение этого уровня является скорее исключением, чем правилом. Как для пациента, так и для терапевта, терапия последствий психической травматизации является тяжелой, сложной и многоступенчатой работой. Хотя большинству пациентов (а порой и некоторым терапевтам) недостает психической эффективности для осознания всей сложности терапии, все же они в состоянии сделать несколько шагов и начать движение к своей цели.
Экспериментальные тенденции
Экспериментальные тенденцииК экспериментальным тенденциям относится способность систематической проверки рефлективных идей, в том числе научных гипотез, а также способность к поведенческому эксперименту – систематической проверке действием. На низких уровнях иерархии нам требуется пример или наставление в том, что и как надо делать, мы обучаемся на опыте проб и ошибок или благодаря обусловливанию. Однако уже на уровне рефлективных действий и особенно на уровне экспериментальных тенденций научение инициируется самим индивидом и становится эксплицитным, осознанным, спланированным, распределенным во времени. Мы понимаем, что наши идеи могут быть ложными или ошибочными, и способны признавать свои ошибки, учиться на них. Осуществление экспериментальных тенденций требует высокого уровня персонификации и глубокого понимания релевантных аспектов прошлого, настоящего и предполагаемого будущего и, как следствие, высокого уровня (расширенной) презентификации.