Стоило мне устроиться в кресле напротив него, как меня охватила зависть и я попросил Бога сделать меня таким же.
Во время разговора он предложил мне прочитать письмо, которое получил утром.
Письмо было чрезвычайно резким и затрагивало несколько щекотливых вопросов. Доведись мне получить такое, я бы неминуемо оказался в сумасшедшем доме. «Билл, как ты собираешься отвечать на него?» – спросил я.
«Позволь мне раскрыть один секрет, – ответил Билл. – Следующий раз, когда почувствуешь тревогу, возьми лист бумаги и подробно запиши, чем вызвано беспокойство. Потом положи этот лист в нижний правый ящик стола. Спустя две недели снова взгляни на него. Если то, что там написано, все еще вызывает волнение, положи бумагу на место. Пусть побудет там еще пару недель. Никто ее там не тронет. С ней ровным счетом ничего не случится. Однако за это время что-то наверняка произойдет с беспокоящей тебя проблемой. Если иметь немного терпения, можно убедиться, что самые серьезные сложности лопаются, словно мыльные пузыри».
Этот простой совет произвел на меня неизгладимое впечатление. Уже несколько лет я пользуюсь им постоянно и практически не волнуюсь.
Время решает множество проблем. В их число могут попасть и те, которые беспокоят вас сегодня.
«Мне было запрещено говорить и даже шевелить пальцами» Джозеф Л. Райан
«Мне было запрещено говорить и даже шевелить пальцами»
Джозеф Л. Райан
Несколько лет назад я проходил свидетелем по делу, которое стоило мне потери многих нервных клеток и изрядной доли здоровья. Возвращаясь домой после суда, я потерял сознание прямо в поезде. Подвело сердце. Было трудно дышать.
Едва я добрался до дома, доктор сделал мне укол. До кровати я так и не добрался – сил хватило лишь доползти до кресла в гостиной. Немного придя в себя, я первым делом увидел церковного священника, готового приступить к последней исповеди.
Перед глазами промелькнули скорбные лица родных. Я понял, что обречен. Позже мне удалось узнать, что доктор предупредил жену, что жить мне осталось полчаса. Сердце могло остановиться в любой момент, и мне запретили не то что говорить, но даже шевелить пальцами.
Хотя я и не могу похвастаться, что вел жизнь святого, однако одну истину усвоил твердо – спорить с Богом не нужно. Поэтому я закрыл глаза и мысленно сказал: «Да будет так… Если это неизбежно, пусть так и случится».