Светлый фон

Третье. За долгие годы работы я приучил себя забывать обо всех делах, стоит только вечером встать из-за письменного стола. Многие проблемы носят продолжительный характер. Все они норовят надолго завладеть вашим вниманием. Если каждый вечер уносить их с собой и продолжать волноваться дома, можно легко подорвать здоровье и, кроме того, лишиться всякой надежды отыскать решение.

Ордвей Тед в совершенстве овладел четырьмя трудовыми навыками. А вы их помните? (см. часть седьмую, главу 26).

Ордвей Тед в совершенстве овладел четырьмя трудовыми навыками. А вы их помните? (см. часть седьмую, главу 26).

Ордвей Тед в совершенстве овладел четырьмя трудовыми навыками. А вы их помните? (см. часть седьмую, главу 26). Ордвей Тед в совершенстве овладел четырьмя трудовыми навыками. А вы их помните? (см. часть седьмую, главу 26).

«Если бы я не прекратил беспокоиться, то уже давно оказался бы в могиле» Конни Мак Знаменитый ветеран бейсбола

«Если бы я не прекратил беспокоиться, то уже давно оказался бы в могиле»

Конни Мак

Знаменитый ветеран бейсбола

В профессиональном бейсболе я провел более шестидесяти трех лет. В далекие восьмидесятые, в самом начале карьеры, я не получал за игру ни цента. В те времена мы использовали для игры любой свободный участок земли и поэтому постоянно спотыкались о старые жестянки и отслужившие свое хомуты. По окончании матча по кругу пускалась шляпа. Заработок был невелик, тем более что я был единственной опорой рано овдовевшей матери и младших братьев и сестер. Иногда всей нашей команде на обед приходилось довольствоваться земляникой или даже моллюсками.

За мою долгую практику причин для беспокойства было более чем достаточно. Я – единственный в своем роде тренер, команда которого семь лет подряд заканчивала чемпионаты на последнем месте. Мне пришлось пережить восемьсот проигрышей всего за восемь лет. После очередной серии неудачных матчей я до того волновался, что не мог ни есть, ни спать. Но двадцать пять лет назад мне удалось навсегда покончить с этой привычкой, и теперь я с уверенностью утверждаю, что, не случись этого, я уже давно оказался бы в могиле.

Вспоминая свою долгую жизнь (а я родился, когда президентом был еще Линкольн), прихожу к выводу, что победил беспокойство по ряду причин.

1. Я понимал всю глупость напрасных волнений. Они нисколько не помогали поправить дело, зато грозили сломать всю мою карьеру.

2. Беспокойство могло подорвать мне здоровье.

3. Я был настолько занят подготовкой будущих игр, что времени на оплакивание уже проигранных просто не оставалось.