– Что осталось в памяти? Может быть какие-то слова, мысли?

– Говорят, чтобы молчал. Если кто узнает, то получишь еще.

– Сфокусируйся на словах «Расскажешь – получишь еще». Повторяй эту фразу пять раз, изменяя ее под себя. Как тело реагирует?

– На словах «получишь еще» – страх.

– Твои обрывки воспоминаний – это маленькие ручейки, которые стекаются в реку твоего симптома. Как он выглядит, если представить его в каком-то образе?

– Как скорпион.

Сразу скажу: трансформировать образ боли по методу образной терапии мне не удалось. Зато по ассоциации всплыло воспоминание о том, как вернулся из командировки отец. Привез с собой амулет из жука, рассказав, что они изготавливаются методом заливки смолой живого скорпиона. Шок, вызванный этим рассказом, увенчался требованием отца «никому не рассказывать». Очевидно, забавляясь впечатлением, произведенным на сына, мужчина объяснил причину, почему тот должен молчать: «Старшина языки отрезал всем, кто секреты выдавал, а если не отрезал, то бил больно, чтобы запомнили!» Столь причудливый разговор запал в память как запрет на шокирующие воспоминания. Еще вспомнилось несколько эпизодов, проникнутых чувством беспомощности. Обратило на себя внимание полное отсутствие воспоминаний до года. То есть тело их помнило, а сознание отказывалось верить. Так, постепенно, стали проступать отдельные фрагменты, пока не припомнилось все.

Как снять ограничения на радость?

Как снять ограничения на радость?

Одним из условий благодарного и оптимистического мировосприятия является способность психики подпитываться энергией ярких воодушевляющих воспоминаний. Больше половины всех живущих людей либо отрезаны от этой возможности, либо существенно ограничены в допуске к ней. Дело в том, что у каждого в жизни, особенно в младенческий период, имели место глубокие и сильные переживания. Не имеют значения причины их вызвавшие, но очень важно, что в эти секунды воспринимал младенец.

Приведу отрывок одной из регрессий, который позволяет воочию убедиться в этом. Я как раз заканчивал второй сеанс гипноанализа и на всякий случай, под занавес, решил сделать стандартную проверку собеседника на проявление эмоций удовольствия. – Мысленно начни припоминать самые счастливые моменты в жизни. Не надо ничего рассказывать вслух, посмакуй ситуации, заряженные радостью, бодростью. И опиши, как переживаешь вспышки удовольствия? Как волны тепла, потоки света, иначе… – Не особо могу почему-то вернуть приятное. – Сфокусируйте на теле. Я буду считать от одного до трех. На числе три проявятся те части, те воспоминания, что мешают получать удовольствие. Один. Концентрируешься на ощущении в теле. Два. Все, что не дает радоваться как ребенку, веселиться. Три. Опиши, есть ли что-то, что не так окрашено или наполнено энергией дискомфорта? – Да, на цифре два возникло странное ощущение в голове. – Направь внимание на эту часть. Я щелкну пальцами, и придет слово, образ, событие целиком, что связано с причиной этой боли (щелчок). Что приходит на ум? – Опять мама. – Вдох, выдох! Туман рассеивается, опиши, что происходит. – Мне четыре года, бабушка подарила тряпичную куклу – в садике все девчонки обзавидовались. А вечером, когда забрали меня домой, около бабушки были врачи, мама сильно переживала. Весь следующий день я была возле бабушки, которая, казалось, слышит, но с наступлением ночи бабушку увезли в больницу, где она умерла. Тогда мама вырвала куклу и сказала, что нельзя радоваться, когда другим больно. На этой фразе моя собеседница испытала физическую боль, поэтому я быстро купировал эмоциональный заряд. Еще полчаса я находил большие и маленькие эпизоды, поддерживающие ограничение на получение удовольствия. А потом было еще несколько сеансов, где я уже целенаправленно выуживал из головы пациентки похожие установки: «Нельзя громко смеяться», «Никого нельзя любить без выгоды». В итоге она вернула себе способность радоваться и испытывать удовольствие даже по мелким поводам.