– Они из больницы?

Питер промолчал.

– Ты в порядке?

– Нет. Мне надоело все это. Я хочу взять себе пачку сигарет и соглашаться. Сам куплю и буду полностью согласен делать все, что ты велишь. Только сама не кури. Я буду курить… Это кетчуп с сыром, его есть невозможно. Как отрава для меня. Просто тошнит от этого кетчупа… Я полностью со всем согласен. Я хочу идти навстречу – делать для тебя все, что могу.

После ланча Линдси остановилась у магазина и разрешила Питеру сходить за сигаретами самому, чтобы получить возможность откровенно поговорить с самой собой о его состоянии. «Это объяснил мне доктор Фридмен. Долгие годы избыточного медикаментозного лечения. Вот поэтому-то они и перешли к ЭСТ – медикаменты действительно на него не действуют». Примерно так же было со всеми другими больными братьями. Чем нерегулярнее человек принимает лекарства, тем хуже ему становится – психотические срывы случаются чаще, болезнь усугубляется. Это какая-то кошмарная западня, в которую на твоих глазах попадает близкий человек: не принимая лекарств, он становится еще более нездоровым, тогда как их прием чреват другими жуткими болезнями. Да, другими, согласилась Линдси, но все равно болезнями.

«Фридмен сказал, что со временем медикаменты просто перестанут действовать – подумала Линдси. – А провалы в памяти по большей части обусловлены применением ЭСТ. Более беспорядочные мысли. Неспособность отвечать на вопросы. И эта постоянная мантра – “я со всем соглашаюсь”».

Судя по всему, это высказывание имело для Питера какое-то особое значение. Возможно, так на нем отразились многолетние утверждения родителей и врачей о том, что он ни с чем не согласен, размышляла Линдси.

Улыбающийся Питер запрыгнул обратно в машину.

– Слава богу, там у них все очень быстро. Взял целый блок. Можно я здесь закурю?

– Ни в коем случае! – энергично сказала Линдси.

– Ладно, – сказал Питер и проворчал вдогонку: – Я же со всем соглашаюсь.

Мгновение спустя он снова просиял:

– У меня целый блок «Мальборо». С вами, ребята, просто чудесно.

* * *

После этого Линдси поехала к Мэтту. Свою небольшую простенькую квартирку в доме Citadel в Колорадо-Спрингс он снимал за счет государственного жилищного пособия. Мэтт, никогда не уделявший особого внимания личной гигиене, тем не менее поддерживал у себя дома некое подобие порядка. Его пожитки были всегда аккуратно разложены по впечатляющих размеров стопкам. «Сдается мне, его коллекция винила сейчас стоит целое состояние», – сказала Линдси, паркуясь перед домом.