Марк

Мэтт

Питер

Маргарет

Линдси

Линдси покинула дом на улице Хидден-Вэлли в возрасте тринадцати лет с твердым намерением не возвращаться в него никогда. Она держалась на расстоянии от него: жила сначала в Боулдере, затем в Вэйле, а потом в Теллурайде. Но теперь, когда Мими не стало, она приезжала в родные места чаще, чем когда-либо прежде. Линдси навещала Дональда, проверяла, как дела у Мэтта, выбиралась в интернат к Питеру и готовила к продаже родительский дом. На улицах Колорадо-Спрингс воспоминания являлись к Линдси сами собой. Например, вид коттеджей в западной части города напоминал ей о том, как неподалеку от них они вместе с Кэти прятались от озверевшего Джима. «Сейчас я то и дело проезжаю такие места», – говорит она.

Линдси по-прежнему чувствовала себя самым младшим членом семьи, на которого обрушилось все пережитое родными. Отчасти ей всегда хотелось вернуть утраченное, и она всегда чувствовала себя немного невостребованной, неуверенной, осторожно ступающей по лезвию. Возможно, именно этим объяснялось то, что теперь, вдобавок к заботам о больных братьях, она работала больше, чем когда-либо прежде. Случались дни, когда Линдси признавала свою неусыпную педантичность и гиперответственность за благо. «Мой психотерапевт Луиза шутила, что настораживаться нужно, только если из-за этого у тебя начинаются проблемы. А в остальных случаях жизни ответственность – очень полезный механизм, помогающий поддерживать порядок в своем платяном шкафу. – Она смеется. – Я же такая аккуратистка».

Собственное решение заниматься всем этим, не отходить в сторону и не бросать на самотек, всегда было для нее загадкой.

«Мне случалось набредать на психотерапевтов, которые поражались: «Обалдеть, да ты, наверное, шутки шутишь! Ты все это пережила?» А какие были варианты? Сделаться жертвой? Это как? Сесть на иглу, что ли? Ну, не знаю. В детстве и ранней юности я искренне желала своим психически больным братьям скорейшей смерти. Но это отвратительное желание просто истерзало меня».

Через несколько месяцев после похорон дом на улице Хидден-Вэллли был выставлен на продажу. Летом 2018 года потенциальные покупатели связались с семьей через брокера.

Доброе утро, семья Гэлвин,

Благодарю за предоставленную нам с мужем возможность осмотреть ваш дом. Он действительно прекрасен. Проходя по дому, мы ясно сознавали, сколько любви и восхитительных воспоминаний он хранит, и сразу же захотели продолжить его историю. Надеемся, что вы внимательно отнесетесь к нашему предложению, поскольку мы с огромным удовольствием растили бы в этом доме наших детей.