К.: Здравствуйте.
К.:
Т.: Я знаю, вы Сашина мама. Как мне лучше к вам обращаться?
Т.:
К.: Галина Владимировна.
К.:
Т.: Спасибо, Галина Владимировна. Галина Владимировна, вот сейчас перед вами сидит ваша дочка Саша. Как вы ее видите?
Т.:
К.: Она еще очень красивая, моя дочка, но уже немного располнела. Что поделаешь – годы идут… Сидит, ест, пьет чай. На меня не смотрит, а если смотрит – то как на врага лютого.
К.:
Т.: Галина Владимировна, давайте Сашины мысли и чувства оставим ей. А вы можете только сказать, что ваша красивая и чуть располневшая, опять же только по вашему мнению, дочка сидит напротив вас, ест и пьет чай и не смотрит в вашу сторону. Когда она на вас смотрит, как выглядят мышцы ее лица? Какие напряжены, а какие расслаблены?
Т.:
К.: Веки у нее напряжены, ноздри раздуваются, губы сжаты, руки тоже напряжены. Да и вся она какая-то психованная. Совсем ее тут доконали без меня! Раньше она такая не была.
К.:
Т.: Внутреннее состояние Саши мы тоже оставим Саше, Галина Владимировна. Итак, вы можете сказать о напряжении мышц Сашиного лица, о напряжении ее рук, сжатых губах и что она на вас не смотрит. Она вам что-нибудь говорит?
Т.:
К.: Да, нападает, что бы я ей ни сказала, огрызается.
К.:
Т.: Галина Владимировна, давайте постараемся не давать оценок, а будем придерживаться описательной рамки. Итак, ваша дочка, насколько я поняла, что-то отвечает на ваши слова. Как при этом звучит ее голос?
Т.: