Уже после его смерти нам пришло несколько писем из разных стран с приглашениями Владимира Викторовича Бадаева к международному сотрудничеству. Я думаю, у него могло бы быть большое будущее, если бы оно было для него возможно…

А еще у нас не было дачи. И вроде бы это грустно. Но благодаря этому обстоятельству мы все вместе с мамой или вдвоем с папой ехали на электричке «куда глаза глядят», бродили по разным дачным поселкам, ели придорожную черноплодную рябину и дикие яблочки, не будучи привязанными к какому-то одному месту. И в этом было столько свободы и дикого духа приключений! Я вспоминаю уже свои личные, более поздние истории юности, связанные с поездками автостопом, путешествиями без денег, с одной палаткой по чужой стране, безбашенными поездками и поступками. Вспоминая о них теперь, уже можно перекреститься и сплюнуть, потому что все эти истории в итоге закончились хорошо. И понимаю, что как будто папа еще в детстве дал мне разрешение, что так можно, что это может быть безопасно и интересно, как будто я все время чувствовала его за своей спиной.

А еще мой папа умел дружить и ценить близких людей.

Его нет уже 24 года, но несколько раз в год его друзья приходят в наш дом и вспоминают о нем. А моя мама дружит с папиной первой женой, они помогают друг другу. Я удивилась, когда другие удивились, что тетя Оля была на моей свадьбе. Для меня дорожить людьми – с детства так же естественно, как читать книги.

Папа научил меня кататься на роликах, коньках и лыжах, читать книги, смотреть душевное кино, рисовать, играть в бадминтон и карты, думать и любить животных и людей.

Но мое главное ощущение, что он научил меня и дал мне благословение быть самой собой.

Анастасия Бадаева, 20 марта 2017 г.

О папе

Вчера проводили дорогих гостей, моего папу с женой. А сегодня захлестнуло, накрыло меня волной дочерней любви и благодарности.

До 32 лет я видела своего папу лишь дважды, не считая младенчества, опущу все подробности жизненных уроков моих родителей, ибо уважаю их и принимаю.

Итак, годы шли, мне девять. «Мама, я хочу увидеть папу!» И вот мы уже встречаем его на одном из московских вокзалов. Такой высоооокий!!! Такой непонятный! Я стесняюсь… Потом объятия, целования, подарки, гуляние по Москве – привыкла, называю папой. Несколько дней со мной, игры, конкурсы, всякие придумки, ведь папа и актер, и режиссер, и фотограф, и массовик-затейник, с ним интересно и весело, легко и дурашливо! Час расставания… И опять нельзя видеться…

Мне 19, мой возлюбленный едет в Брянск по «пацанским» делам, и я с ним, влюбленная по уши, – заодно с папой повидаюсь. Ни адреса, ни телефона, лишь название небольшого городка, в котором когда-то он ставил спектакли… Заехали в Дом культуры, спросили – да, есть такой, только-только уехал, живет там-то, точного адреса не знаем, но человек он в своем поселке известный, деятель культуры, найдете. Ну слава богу, жив-здоров! Едем. Ребята смеются: мол, папа из брянского поселка, сейчас встретит нас мужичок с говором, в шапке-ушанке да вечно под шофе. И я смеюсь, папа у меня совсем другой. И боюсь… А какой он? Узнаю ли? Найду ли? Едем. Зимняя дорога, леса, поля, леса, остановка. Стоп!!! На остановке ОН!!! Точно? Да!!! Точно он! Я узнала!!! Один-единственный человек, на одинокой остановке пустынной дороги – ОН – мой папа!!!