Только дьявол что-то не спешил в бой…
— А Зигфриду пинка отвесишь? — лицо Белиара просительно вытянулось, — Ну, маленький пунктик в нашем договоре.
Да твою нулячью меру! На горизонте уже разгорается огненная волна, а он несёт какую-то хрень…
— Да, твою мать! — заорал я, понимая, что от этой атаки мне уже не убежать.
— Отлично, — ощерился дьявол, поднимая над головой засиявшую печать.
А потом он грохнул кулаками по земле, и от него понеслась другая стена, состоящая из клубящегося в черноте сияния. Белиар, выпустив необычную магию, понёсся к врагу, увеличиваясь в размерах. За спиной дьявола оставался дымящийся след Бездны.
— А он подрос, — за спиной послышался голос Халиэль.
Я кивнул. Тут же затряслась земля — две волны встретились, обезвредив друг друга, а потом Белиар воткнулся во врага. Бедный Эзекаил — дьявол не церемонился, а просто свалил его на землю, приложил головой, и стал избивать кулаком с сияющей печатью.
От каждого удара по пустыне расходились круги взрывных волн, земля у меня под ногами подрагивала, и даже колебалось сияющее полотно Неба за спинами противников.
— Слышишь бога, целестовская дрянь? — и мощнейший удар в челюсть, — «Прости», говорит!!!
— Вообще-то это были слова Каэля своему брату, Аваддону, — вздохнул я.
— Я поняла, — сказала Хали, и прошептала, — А разве Беляшик не должен быть слабее?
— Не сегодня, — сказал я и уверенно пошёл к месту битвы, — Достигнуто равновесие.
Перед глазами у меня пролетело всё, что у меня было в том и этом мире. Лиза и Эльза, я всегда буду вас помнить и любить. Я, частица Абсолюта, и знаю, что мёртвые не возвращаются.
В этом мире у меня уже есть близкие. Может, Хильда всё же дождётся меня? Я улыбнулся — куда она денется…
Рука непроизвольно коснулась груди, где висел талисман Рычка.
— Марк, ты куда?
— Просить у Неба справедливости…