А эти подпёрыши, позор Медоса, уже обратили свой взор на меня. Рой ангелов увеличивался, приближаясь. О да, они знают, кто таки просветлённые, и наверняка близко подлетать не будут. Справятся и на расстоянии.

Рядом вспыхнуло пламя — луч с клинка одного стражника влепился в площадь в паре метров от меня. В щёку ударила волна жара, но я даже не поморщился.

Они уже сделали ошибку. Лишь только бог Каэль приблизился к разгадке истинной природы Просветлённых, но не успел.

Я даже не удивился, откуда знаю всё это…

Снова ударил луч, ещё ближе. Вспыхнул ещё один, прямо надо мной, вонзился в пол где-то за спиной. Играются, как кошка с мышкой, чувствуют свою силу.

Душу кольнула тревога, и я на миг увидел картину будущего — Халиэль падает, получив в спину горящую стрелу. Кажется, среди этих летунов кто-то слишком меткий.

К счастью, сегодня я имел не только дар велария, но и власть менять будущее.

— Ну, дерьмо нулячье, — огрызнулся я, — В Медосе нелётная погода… В районе Целесты были замечены просветлённые бури.

Мой проповедник не выдал никакого удивления моим словам, а я просто вскинул руку. Что-то незримое стало распространяться от меня вперёд.

И ангелы посыпались. Вот она, сотня высших небесных мер, вдруг лишилась своих крыльев, и теперь падает. Я повёл рукой, и словно взрезал вражеский строй. Луч обнуления диаметром с сотни метров двигался, оставляя за собой пустое небо.

Обнулённые ангелы, падая, вновь возвращались в меру, у них вырастали крылья. Но я двинул рукой уже гораздо ниже — и снова падают золотые гроздья с неба.

Я шёл, выставив обе руки, и, как дирижёр, вычищал перед собой пространство.

Пара плазменных лучей ударились совсем рядом, один обжёг мне щёку, заставив слегка поморщиться. Кто-то, видимо, сориентировался, успел выстрелить точнее, но я не дал больше права на ошибку.

Звон доспехов достиг моего уха. Это они, когда наделены силой, небесные стражники, а по моей воле просто обнулённые рыцари, рухнувшие с огромной высоты.

Низвергнутые больше не двигались и не поднимались…

Я шёл мимо павших ангелов. Золото, измазанное в крови, словно издевательски искрилось под светом Целесты. Ещё секунду назад эти воины были прекрасны, а теперь их крылья переломаны, руки бессильно сжимают рукояти клинков. В лужах крови под ними отражаются облака, которые опять начали расступаться.

Подняв глаза, я снова посмотрел на Целесту, появившуюся в прорехе облаков. Ничего, Эзекаил, потерпи чуть-чуть.

— ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ!

Оглушительный голос бога прогремел над округой. Там, между облаками, что-то ярко вспыхнуло, мелькнул огненный силуэт.